Двадцать третий пассажир

– У вас снова потерялся один пассажир?

У нас двадцать третий пассажир!

– Нет. – Даниэль покачал головой. – Это не было бы большой проблемой. Мы уже научились скрывать такие случаи.

Скрывать?

– Дай угадаю. Именно такое сокрытие обнаружилось в прошлый раз, когда ты чуть было не потерял свою работу и здоровье?

– Да, – откровенно признался Даниэль. – Но на этот раз все гораздо сложнее.

Капитан показал на фотографию милой девчушки со слегка оттопыренными ушами.

– Анук Ламар исчезла восемь недель тому назад. Мы остановили корабль, проинформировали береговые службы, потратили восемьсот тысяч долларов на абсолютно бессмысленные поиски с привлечением катеров и самолетов, объявили ее погибшей, организовали похороны с пустым гробом и потратили огромные деньги на то, чтобы эта история была подана средствами массовой информации как самоубийство, прежде чем смогли наконец отправить это дело в архив.

Даниэль вынул из черного скоросшивателя вторую фотографию.

Юлия даже не сразу узнала малышку, так сильно она постарела. Не физически, а психически. Самоуверенное выражение ее лежащих в темных глазницах глаз сменилось жуткой пустотой. В них читалось тупое безразличие к происходящему вокруг, а ее некогда великолепные каштановые волосы превратились в нечесаные космы. Ее кожа приобрела нездоровую бледность, словно она целую вечность не видела солнца.

– Когда была сделана эта фотография? – робко поинтересовалась Юлия.

– Позавчера.

На губах Даниэля появилась горькая улыбка.

– Ты не ослышалась. Малышка снова появилась на корабле позавчера ночью.

Глава 11

Она отсутствовала восемь недель?

Мартин все еще никак не мог свыкнуться с этой мыслью.

Конечно, он знал, что без вести пропавшие в открытом море пассажиры не были редкостью.

В первое время после смерти Нади и Тимми он тщательно изучал каждый отдельный случай, а таких случаев были десятки.

Он посещал группы самопомощи, которые основали родственники «жертв круизных туров»; разговаривал с адвокатами, которые специализировались на процессах по возмещению ущерба со стороны пароходных компаний, и пытался сделать капитана «Султана морей» лично ответственным за то, что операция по поиску его семьи была такой же недостаточной, как и доказательства, собранные в каюте его жены.