Аэрофобия 7А

– Я не хотел вас беспокоить. – На самом деле при бронировании он даже не подумал о ней. Хотя Матс знал, что его бывшая пациентка стала старшей стюардессой в крупной авиакомпании, думал, что это какая-то немецкая авиалиния. Лишь когда шантажист назвал ее имя, у него в голове все сложилось.

– Ваше четырехкратное бронирование вызвало всеобщее возбуждение, – сказала Кайя.

– Могу себе представить.

Матс взглянул еще раз в зеркало, чтобы убедиться в своем первом впечатлении о ней – сейчас, когда она не смотрела на него и думала, что за ней не наблюдают.

Было поразительно, какой красавицей стала Кайя Клауссен. Длинные волосы с мелированными прядками очень шли ей, как и десять килограммов, которые она, похоже, набрала. Конечно, ей приходилось гримировать косметикой дырки от пирсинга на подбородке и справа над верхней губой, но она и этому научилась. Как и прямой и уверенной осанке с расправленными плечами, что не могло быть результатом одной лишь униформы, подчеркивающей фигуру.

Старшая стюардесса приглашающе махнула рукой, и они сели за стол в гостиной.

Электронные жалюзи – здесь они выглядели как настоящие шелковые шторы – были опущены. Серебристая лампа на широком подоконнике между иллюминатором и столом излучала теплый мягкий свет.

– Я хотела бы извиниться за случившееся, доктор Крюгер. Кен часто бывает несдержанным, но я никогда бы не подумала, что он пустит в ход кулаки. Тем более с вами. Мне очень жаль.

– Кен? – спросил Матс, взглянув на ее бейдж. – Значит, Валентино его фамилия?

Она засмеялась.

– Нет, нет. Мы просто зовем его так. Из-за внешности. И потому что его подруга немного походит на Барби.

Барби.

Звучание имени напомнило ему слово «беби», и он подумал о боли, которую сейчас переносит Неле, если он не стал жертвой чьей-то дикой шутки.

– Все в порядке? – спросила Кайя, очевидно заметив его напряжение.

– Мне немного не по себе. Я боюсь летать.

– Вы? – Губы Кайи дрогнули, но она тут же пресекла улыбку.

– И офтальмологи носят очки, – сказал в оправдание Матс.

Старшая стюардесса какое-то время молчала, лишь смотрела на него большими голубыми глазами и потом кивнула.

– О’кей, ясно. Это даже логично.

– В смысле?

– Ну, тогда вы единственный смогли поставить себя на мое место, угадать, что творилось у меня в душе. Наверное, нужно самому столкнуться с психическими проблемами, чтобы их хорошо понимать.

Теперь Матс кивнул, хотя и не разделял эту теорию.