Чёрная Тень

Я ни за что бы не разглядел его так хорошо в темноте, но магия, бурлящая вокруг вытатуированных у него на предплечьях узоров отбрасывала на его лицо свет шести разных цветов.

– Эй, Келлен, – подал голос Рейчис.

– Чего?

– У того парня, который последний пытался нас убить, – сколько у него светилось татуировок?

– Три, – ответил я. Каждому будущему магу джен-теп накалывают татуировки с помощью особых металлических чернил, соединяющих магов с силами разных форм магии: железом, огнем, дыханием, кровью, песком и шелком.

По большей части у магов светится по две-три татуировки, те, которые они открыли в себе. Железо и огонь, например, хороши для мага-воина, а железо и шелк – идеальное сочетание для мага цепей. Я даже не мог сказать, каким магом был этот, потому что у него сияли призрачным светом все шесть татуировок.

– Эээ… шесть – это хуже, да? – спросил Рейчис.

– Ага.

Шесть означало, что нам крышка.

Я посмотрел на Фериус, надеясь догадаться, каков ее план. У Фериус всегда есть план.

Но она просто смотрела на нашего врага, ожидая, когда он сделает свой ход.

– Ты расставила ловушки вокруг вашего лагеря, – сказал маг, приближаясь к нам по широкому кругу. Его шаги были совершенно бесшумными. Он играючи обходил силки и острые колья, которые я все равно не мог разглядеть.

– С чего ты это взял? – спросила Фериус.

Маг на мгновение прижал палец к виску.

– Магия шелка. Я следил за тобой с помощью своих чар несколько часов, все ждал, когда ты подумаешь, что будешь делать, – он прищурился на нее.

 – Весьма примечательно. Ты сумела не думать о своих хитростях и уловках. Твои планы почти невозможно подсмотреть. У тебя невероятно дисциплинированный разум.

– Неа, – сказала Фериус, – просто память девичья, вот и все. А еще я неуклюжая, – одна из ее карт взвилась в воздух, словно метательный нож – прямо к шее мага. И ровно перед своей целью просто упала на песок.

– Впечатляет, – сказал он, а его руки по-прежнему были опущены вдоль тела.

Это было бессмысленно.

Для заклинания щита нужна конкретная соматическая фигура. Его нельзя вызвать одним усилием воли. Как он это сделал?

– Эй, очнись, – сказал Рейчис, впиваясь когтями мне в плечо. – Пора поджарить этого парня.

Несмотря на все мои сомнения, я спрятал свою половину колоды в карман, потом сунул руки в мешочки на поясе и бросил щепотки красного и черного порошков в воздух. Мои пальцы сложились в соматическую фигуру.

– Караф, – произнес я, сотворив заклинание.