Наследник императора

Он отвернулся от Аристона и положил несколько сухофруктов себе в рот. Аристон внимательно наблюдал за тем, как жуёт император. Но император молчал. Причём так долго, что казалось он либо проигнорировал его, либо просто забыл. Аристон понял, что император не допустит этого, ведь гонки на колесницах слишком опасны, основная цель здесь не победить, а выжить, ибо выживали после этих гонок единицы.

Спустя некоторое время, император вытер руки об край тоги и не поворачиваясь в сторону Аристона, проговорил, словно разговаривая сам с собой:

– Ты понимаешь, что ты можешь погибнуть там?

– Эмилий, я справлюсь.

Меня готовили к олимпийским играм с шести лет. Поскольку моя мечта так и не сбылась, позволь хотя бы поучаствовать в ваших гонках.

– И ты будешь счастливее? – Август повернулся в его сторону.

– Я буду самым счастливым человеком во всей Римской Империи, – ответил Аристон и улыбнулся.

Император почесал уже наросшую бороду и кивнул головой.

– Только если ты погибнешь, я обижусь на тебя, понял?

– Всё будет хорошо, клянусь тебе.

– Погибнешь – я убью себя и надеру тебе задницу в царстве Аида. Так уж знай!

Аристон рассмеялся. Он был уверен, что не только выживет, но и победит и тогда, возможно, отец будет гордится им…Вернее, гордился бы.

Звон тубы отвлёк Аристона от мрачных мыслей. Он посмотрел на арену и увидел, как из куникула[10 -

помещение под ареной для гладиаторов.]* вышел мускулистого телосложения широкоплечий мужчина, вооружённый гладием.

На голове его был надет шлем с гребнем, тело закрывали некоторые части доспехов. Был он в набедренной повязке. Выйдя на арену, народ зарукоплескал. Все скандировали в один голос его имя.

– Креон! Креон! Креон!

«Креон?» – Мысленно повторил имя гладиатора Аристон. Он привстал с ложа, чтобы лучше разглядеть воина. Гладиатор ходил по арене и приветствовал публику. Он явно был популярен.

– Кто это? – Спросил лихорадочно Аристон.

– О, – воодушевился император. – Это Креон – самый сильный из гладиаторов.

Когда-то он был центурионом, но после ранения ушёл в отставку. Теперь он выступает на арене и единственный из гладиаторов, который сражается не за волю, а за деньги. Мы с ним сотрудничаем, а он взамен побеждает на играх. И следует заметить, за всё время он ещё ни разу не проигрывал. Часто провинившихся преступников или ненавистных мне сенаторов, я, забавы ради, выпускаю их на арену, с условием, если они победят Креона, то я их помилую.