Северная рапсодия

Может быть, даже будет шоколад – сто лет уж Олаф не ел шоколада, он едва помнил, каков тот на вкус. Олафу и самому было не стыдно показаться перед ярлами – ко двору Финстера он вёз целый лангскип дичи, в основном, оленины, и морской рыбы. А ещё несколько бочонков отборного ячменного пива, хотя едва ли северное пиво сможет конкурировать с южными винами или мьодом Тарлинга.

– Валад, видно что-нибудь? – весело крикнул Олаф в туман перед собой.

– Шутите, отигнир[5 - Отигнир – потомок знатного рода, дворянин, обычно – сын ярла] Олаф? Боюсь, мы до самого Фрестена будем плыть наощупь, – ответил ворчливый голос с носа лангскипа.

– Ну, ты, главное, о пристань не разбейся, а то кому потом копчёности из озера вылавливать? – попросил Олаф, услышав в ответ неразборчивое бормотание старого херсира[6 - Херсир (Хэ?рсир) – воевода, назначенный ярлом командир войска]. Злить Валада было любимым развлечением Олафа во время путешествия.

Хлюпанье воды от ударов вёсел, одновременно погружающихся в озеро, и звон капель, падающих с них, выныривающих из-под поверхности, были единственными звуками, сопровождающими их в тумане.

Эти звуки успокаивали – они напоминали мерный стук барабанов, отбивающих неспешный такт. Пальцы руки, погружённой в озеро, замерзли – Олаф достал её из воды и тут же положил на шею сидящей перед ним женской фигуры.

– Ай! – пискнула фигура, являвшаяся его сестрой Фридой. – Дурак, холодно же!

Олаф в ответ одарил её широчайшей улыбкой, на какую был способен.

Лицо его сестры оставалось таким же напряжённым, каким было ещё с момента их спуска на воду.

– Всё ещё нервничаешь?

– Не нервничаю, всё хорошо.

– Я же вижу, что нервничаешь. Успокойся, переживать не о чем – Вальгард славный малый, мы с ним неплохо сдружились во время похода.

– Откуда тебе знать? Ему было 12 в прошлый раз, когда ты его видел – недовольно буркнула сестра, закрывая рукой шею от новых проделок брата.

– И уже тогда было понятно, что он хороший парнишка.

Дядька Финстер засранца бы не воспитал, даже у отца спроси, он подтвердит, – ответил Олаф, стараясь звучать как можно более легкомысленно, чтобы у сестры сложилось впечатление, что это неопровержимая истина, всем известная. Конечно, она нервничала, он это понимал. Всё-таки для девушки свадьба – одно из самых значимых событий в жизни. А когда свадьба происходит вслепую, с незнакомым человеком, по договорённости родителей – это приносит ещё больше беспокойства.