Северная рапсодия

 – Помогать не хочешь, так бы и сказал, чего грязью незнакомых людей-то поливать? Сволочь, чтоб эти твои шпионы тебе клоповник твой спалили, и быки, и медведи, и чтоб за руки в это время держались, понял, клятый ты мерзавец!

Лейф смекнул, что брата уже не утихомирить и, оставив попытки разрядить ситуацию словами, просто стал тащить Эгиля за руку к выходу. Поток брани из его уст не прекращался, однако, по мере их удаления зал успокаивался – те зрители, кто уже похватался было за палки и другие тяжёлые предметы, провожали их сердитыми взглядами, но со своих мест не вставали.

Кажется, беды удалось избежать.

Поток холодного воздуха ударил путникам в лица, едва они вышли за дверь «Приозёрного». Брат перестал сквернословить, но пламенеющий взгляд его явственно говорил, что его оскорблённое достоинство всё ещё требует справедливости. Лейф надеялся, что холодный воздух немного остудит горячую голову Эгиля.

– Брат, приди в себя, зачем ты стал грубить хозяину? Ещё немного, и нас бы прямо там и избили! – раздосадовано начал причитать Лейф, оттаскивая Эгиля в сторону, подальше от любопытных глаз посетителей, расположившихся на улице.

Не хватало привлечь ещё и их внимание.

– Это я-то ему грубил?! Брат, он нас в лицо шпионами обзывал, как ты мог такое терпеть! Да еще с таким самодовольным видом, как будто преступников разоблачил. Худосочный клоп, встреть я его на улице, такую бы взбучку ему устроил, навек отучил бы гостей собственных грязью поливать! Это он в своём вонючем пивном логове такой храбрый, в окружении мордоворотов-прихлебателей, а если его наружу вытащить…

– Ну-ка, хватит! – рявкнул Лейф, прервав гневную тираду Эгиля.

 – Брат, мы не у себя в Торне, если навлечём на себя неприятности, то одними тумаками не отделаемся. Те, кому захочется нас поколотить, определённо не забудут и по карманам пошарить. А без денег нас ждёт только голодная смерть – ты разве не понял, что подработать в этой деревне у нас не получится?

– Да ну их всех.

Ещё не хватало тут остаться работать. Уж лучше в Шорхольм, там может хоть шпионами обзывать не будут, – бурчал Эгиль. Кажется, угомонился.

– Ну, так веди себя прилично и перестань препираться с местными. По мне, пусть хоть шпионами, хоть преступниками обзывают, лишь бы не трогали. Ладно, пойдём в порт, трактирщик сказал, что с припасами нам могут помочь у причалов.