Пересечения

Проведёшь?

– Проведу, конечно, – согласился Тимур.

– И как много людей ты хочешь оторвать от их дел ради своих подозрений?

– Не знаю. У меня на уме только наиболее близкие знакомые. Они пусть сами решают, участвовать им в деле или нет, и кого звать. А у тебя есть кто-то на примете?

Инга пожала плечами хмурясь.

– Не знаю даже, кого о таком просить. Могу поговорить с парой-тройкой человек, но согласятся ли они – не знаю.

– В любом случае, вдвоём мы сможем быстрее собрать группу и встретиться у Мёртвого маяка.

Тебя есть кому подкинуть к маяку? Если не кому будет, звякни мне – подкину.

– Ладно, договорились, – кивнула Инга. – А теперь вали из моей квартиры.

– Что это вдруг?

– Есть хочу! – вспылила Инга. – Поем, тогда и пройдусь по знакомым.

Тяжело вздохнув, Тимур встал с кресла и направился к входной двери. Уже обувшись, он бросил взгляд на дверь в одну из комнат. Присмотревшись, Тимур увидел мир за ней.

– Ты не против, если я воспользуюсь этой дверью? – указал он пальцем на дверь.

Инга пристально посмотрела на дверь, на которую указал Тимур.

– Угу. – кивнула Инга.

Тимур, обутый в уличную обувь, пошел по коридору к намеченной двери.

– Да, ё-моё, Тимур! – отреагировала Инга на то, что он обутый пошёл.

– Не делай из мухи слона, – произнёс он и помахал ей рукой на прощание.

Вокруг двери, у которой остановился Тимур, пошла рябь. Взявшись за ручку, он открыл её и его взору предстал какой-то подъезд многоэтажного дома. Пройдя в подъезд, Тимур закрыл за собой дверь.

Проход закрылся, он оказался в Минске.

Спустя несколько переходов и встреч, Тимур позвонил Инге и, удостоверившись в том, что её до Мёртвого маяка подкинут, направился к месту встречи.

***

Одинокий, высокий, когда-то покрашенный в белый цвет, а теперь сероватый, маяк стоял на берегу. С его высоты можно было увидеть не только укреплённую каменную площадку вокруг самого маяка, но и большую часть рыбацкой деревни, расположившейся на некотором расстоянии от маяка и пристани.

В приглушённых утренних лучах солнца был слышен шум прибоя и ветра, но не было слышно людских голосов и крика чаек. Этот мир был мёртв и лишь благодаря наличию оставшегося пригодного для дыхания воздуха здесь можно было находиться.

Вокруг двери маяка пробежала рябь и через неё, из другого мира, вышел Тимур. Его взору предстали давно установленные столы и стулья, расставленные на площадке у маяка, используемые для совместных посиделок.