Снежная королева и демон с ангельским терпением

Мы видим отпечатки энергии, и можем узнать, из-за чего они появились, – улыбка стала хитрой, а указательный палец коснулся черных губ. – Никому не говори, – прошептал он, заставляя меня округлить глаза еще больше.

Затем, магистр махнул рукой, отпуская меня. Но, когда я дошла до двери, то не выдержала и спросила:

– Если это не массовая информация, и о ней распространяться не положено, зачем вы мне рассказали об этом? – декан хмыкнул, побарабанил по деревянному столу, смотря в никуда, и ответил:

– Это будет звучать странно, но… В каком-то смысле, ты своя.

Одна из нас. Придет время, и ты поймешь, о чем я говорю. Иди. Урок вот-вот начнется.

Я выходила из аудитории ошарашенная. Мда… Своя… Магистр-нечисть умеет удивить. Но главное – меня не съели и все конечности на месте, о чем мне сразу же любезно напомнили:

– Ты еще жива? – послышался бархатный голос откуда-то сбоку. Я обернулась и увидела "молчуна", подпирающего стенку.

Он недовольно скрестил руки на груди, а его капюшон был направлен в мою сторону.

– А ты умеешь говорить? – изумилась я, наигранно поднеся ладошку ко рту.

– Не дерзи. Иначе пожалеешь, – в глубине капюшона сверкнули глаза, напоминающие раскаленную лаву. Мне бы научиться держать язык за зубами, но нет…

– Кого? – трюк с глазками не прокатил, а вызвал во мне лишь желание съязвить.

Парень хмыкнул, спрятав глаза, и тенью проскользнул за дверь, из которой я только что вышла.

Мда… Все чудесатее и чудесатее.

Следующий урок можно было назвать смертельным. Точнее, смертельно скучным!

Расоведение у нас преподавал старый, ОЧЕНЬ старый гном. Его нудный, скрипучий голос напоминал звук трущегося об стекло пенопласта. Другими словами, и слушать его невозможно – хочется либо зевнуть, либо зажать уши – и заснуть не получится (уж слишком противный голос!)

Эх… Ну почему такие интересные предметы преподают дряхлые, скучные старики, с которых уже песок сыпется? Помню, у нас в школе была учительница истории, которая так же нудно разжевывала нам совсем незначительные вещи, забывая про главную тему.

Большая часть урока уходила на ругань, причитания и истории из ее личного прошлого. Троечники радовались, так как на уроке мы ничего не делали, но мне было не до веселья. Историю я любила, но из-за этой преподавательницы – возненавидела.