Золото для вороны

– Мы скоро будем на месте, – сообщил мне Нак, указывая на большой круг из сросшихся деревьев с фиолетовой листвой и серебристыми стволами.

Макрины (а именно они были перед нами) всегда росли столь необычным образом. Но только в одном "макринском кольце" находился искомый нами кенотаф. Кенотаф Архелафа.

Из допроса некоторых фей мы узнали, что их господин не самый обычный лорд, а кто-то пострашнее. Частичное "вскрытие" мозгов показало, что у него видели змеиный хвост, который больше напоминал монстра, чем нага.

Он всегда спокоен, но способен испепелить одним лишь взглядом. Является невероятно сильным магом, и сам смог пробудить Архелафа. Не думаю, что это хорошо кончилось, учитывая, что они враждуют, но к древнему духу стоит сходить. Может, увидев, кто перед ним, он согласится помочь? Вряд ли, но хотелось бы так думать.

Когда мы подошли совсем близко, а волосы на теле встали дыбом от искрящейся вокруг магии, я резко остановился, подняв руку вверх.

Драконы тут же последовали моему примеру, а я принюхался.

Это же… розы! И не простые, а отдающие теплым ароматом чая. Но я бы не удивился, если бы не вторая сущность, что мигом ожила и заныла в груди.

Я приложил палец к губам, требуя соблюдать тишину. Поставил вокруг нас защиту от шума и медленно двинулся к стволами макрина, что разъеденились в одном месте, образуя не совсем удобный, но все же проход.

Большая поляна, скрытая под фиолетовой листвой, освещалась белыми лилиями. В центре же, словно кристалл, воткнутый в землю, расположился прозрачный памятник, покрытый лозой, а рядом…

Рядом сидела Элис, положившая свои нежные руки на камень, словно призывая древнего духа…

Лучше бы это была не она…

В голове сложился некий пазл. Она идеально подходила под описание тех фей: дочь лорда, кажущаяся слабой, но обладающая огромной магической силой, спокойная и может сама призвать Архелафа.

Если мои догадки верны, то теперь понятно, как она смогла сбежать из темницы, прихватив с собой такую важную монетку.

Быть может, она и есть предводитель клана Ночного Сераиса?

От этой информации в груди защемило, а нестерпимая боль наполнила каждую клеточку моего тела, вызывая агонию.