Песнь Эридана. Свет во тьме

– Но моя мать взяла фамилию моего отца, и дала ее мне. Элизабет Джульетта Вуд, я сама видела это в своем свидетельстве о рождении.

Эридан рывком сел, и придвинул ко мне синюю папку, которую я раньше попросту не замечала.

– Это свидетельство ты видела, Лаванда Оливия Райнхардт?

Я не стала открывать папку, уже и так понимая, что в ней увижу.

– Теперь ты готова к встрече со старейшиной, – почти торжественно произнес Эридан.

По моей коже побежали мурашки. Он встал и подставил мне локоть.

– Обитель старейшины находится на самой вершине.

Я взяла его за руку и кивнула. Мне было не просто любопытно, мне было очень любопытно.

Как только я вышла за дверь, то поняла, что я находилась лишь в одной из комнат.

– Ты пока живешь в гостевой комнате. Здесь их три, – пояснил Эридан.

– Эти три цвета, в которых здесь все украшено, мои любимые, – призналась я. – Синий, зеленый, фиолетовый. А почему в гостевой комнате не так?

– Гостевые комнаты – нейтральны, ведь в них могут останавливаться разные гости, – начал Рид.

– Ты находишься в обители Херувима Эфира. Синий, зеленый, фиолетовый – его цвета, – вдруг пояснила мне непонятно откуда взявшаяся Хаакана.

– А-а-а, понятно, – протянула я. Интересно, кто Херувим Эфира? – А Херувим – это вообще что значит? – Я невинно захлопала глазами.

– У общины драконов есть старейшина. Он главный над всеми нами. Старейшине подчиняются Херувимы – Главы Стихий.

О, отлично! Так значит Хехейна – ещё и очень важная в этой общине. Куда уж мне до нее.

– Эридан, – сказала Хаакана, но дракон жестом прервал ее на полуслове.

– А почему я нахожусь именно в гостевой комнате обители Херувима Эфира?

– Потом об этом поговорим, – резко оборвал нас Эридан. – Ты идешь? Уверен, тебе не терпится осмотреть все вокруг.

Я почувствовала, как он слегка потянул меня к выходу. Все-таки удивительно, потолком и стенами здесь служили настоящие скалы.

– Синяя дверь, запомни, – указал Эридан на дверь, которая закрылась за нами. Довольно большое помещение перед дверью разветвлялось на одиннадцать разных ходов. Я вцепилась в руку Рида, боясь потеряться. Он улыбнулся. Кажется, ему было смешно от того, что я так тряслась. Возможно, я никогда не смогу ходить здесь самостоятельно. Как вообще они в этом разбираются?

Мы довольно долго, как мне показалось, шагали по самому левому туннелю.