Правила Барби

Как замужество с одним из Фостеров поможет мне стать экономнее?

Ладно, сейчас мне нужно думать не об этом, а о том, где переночевать. Все мои родственники по линии мамы: мой дядя и кузины проживали в Сакраменто, что в Калифорнии, однако к ним я ни за что не сунусь. Брат моей мамы всегда имел соревновательный дух, соревновался он даже со своими родственниками, он растил Саванну – свою дочь в строгой католической вере, она даже посещала школу для благородных юных дам. А все для того, чтобы Саванна утерла нос всем своим друзьям, недругам и даже кузенам.

Поэтому я никогда не обращусь к ним, иначе пострадает моя гордость: чем меньше они знают, тем лучше.

Еще я могла бы позвонить своей подруге Джоанне и попросить финансовой помощи у нее, но я не стану делать этого. Во-первых, сейчас она слишком занята своими новыми и очень странными отношениями с одним плейбоем, а во-вторых, это было бы лишь временной мерой, ведь потом я все равно останусь без денег, да еще и подруге буду должна.

Мне нужно выкручиваться самой, чем я и займусь в ближайшие дни.

А пока мне следует найти себе убежище. И я уже знала одно такое место. Место, где жила душа моей мамы, где жила и моя душа. Конюшню не упомянули в завещании, а значит, она все еще моя.

***

Настигнувший город холодный ливень превратил дорогу в грязевую кашу. Таксист высадил меня в ста метрах от конюшни, поэтому добираться пришлось пешком.

Я неуклюже перелезла через деревянный забор и побежала к строению. Каблучки моих ботильонов все время утопали в грязи, а сильный дождь барабанил по моей макушке, которую я тщетно прикрывала рукой.

Я продрогла до костей, вывихнула ногу и, кажется, испортила свою кашемировую шубку.

Блеск!

Двери были закрыты, но, впрочем, иного я и не ожидала.

Отставив свой чемодан, который, как и моя обувь был заляпан грязью, я отошла на шаг и внимательно оглядела конюшню, раздумывая как бы проникнуть внутрь. Я так сильно увлеклась разглядыванием строения, что не сразу поняла, что наступила в лошадиное дерьмо.

Ботильоны придется точно выкинуть.

Дерьмо! Дерьмо! Дерьмо!

Я громко застонала. Ветер усиливался, а я дрожала как последний лист на дереве. Мои зубы стучали, а волосы уже превратились в нечто напоминающее птичье гнездо.

Давай. Ты справишься, Барбара.

Ставни окон закрыты, как и входные двери. Вариантов не было.

Я разбежалась и впечаталась плечом в боковую дверь, через которую обычно заходил персонал конюшни.