Правила Барби

– Окончено? Когда парень, с которым ты только что поужинала, вдруг срывается и уносится в полицейский участок, тебе захочется услышать хоть какие-то ответы.

Я проигнорировал ее и вошел в здание. Далтон стоял у самого входа, он провел меня к некому подобию стойки, за которой сидела полноватая женщина.

– Барбара… вернее Эрин Сваровски, где она? – не расшаркиваясь на банальное приветствие, спросил я.

Женщина окинула меня скептическим взглядом.

– А кем она вам приходится?

– Моя невеста.

Эстер рядом со мной едва не подавилась воздухом.

– Невеста? – переспросила она, ее взгляд перескакивал от моего лица к лицу Далтона, словно мой водитель тире приятель знал все тайный моей личной жизни.

– Невеста? – вторила ей женщина за стойкой, и в этот момент я почувствовал себя в гребаном театре абсурда. Или в ситкоме.

– Да. – Кем еще я мог ее назвать? Мы не были друзьями, мы не были любовниками, но после того, как я дал свое согласие на брак, она обрела статус моей невесты.

Женщина заглянула в учетный лист перед ней и покачала головой, словно не собиралась отдавать мне Эванс назад как можно скорее.

– Давайте договоримся по-быстрому, – сказал я, вытаскивая телефон. Был у меня один контакт, который в числе прочего достался мне по наследству от отца. Я все решу, вызволю чертову Эванс из-за решетки и прикончу ее.

– Она сказала, что ее жених умер, и нет никого, кто смог бы забрать ее, – объявила женщина, заставляя меня замереть с телефоном в руках.

– Умер?

– Страшная авария, его разрубило пополам прямо в… ну, чуть ниже пояса. Его член нашли в пятистах метрах от места аварии. Должно быть, дикие животные растащили, все ведь произошло за городом.

Далтон, стоящий рядом со мной не смог сдержать смешка, но когда я взглянул на него, он вскинул руки, как бы говоря, что он тут совсем ни при чем. Он и был ни при чем. Ведь он не Эрин Сваровски, которая обладает поистине богатой фантазией.

– Я хочу увидеть ее, – сказал я, пряча телефон в карман джинсов.

Женщина кивнула, и меня проводили к изолятору, где сидело сразу несколько девушек. Чернокожие и латиноамериканки, а среди них все в том же бежевом кружевном топе и свитере на молнии, с растрепанными волосами и размазанным макияжем сидела Эрин Сваровски. Но каково же было мое изумление, когда на ее лице я заметил не слезы, страдания и адские муки, а улыбку. Она улыбалась, словно находилась на курорте, а не в полицейском участке.