Правила Барби

– Я не сужу людей за их извращенные предпочтения в постели, – бросила я и поспешила убрать за собой тарелку и стакан из-под сока, а когда обернулась, заметила рядом Челси.

И как она так тихо подкралась?

– Я не знаю, зачем ты здесь, ты не появлялась пять лет, а сейчас свалилась на наши головы как град размером с геморрой моего дяди Фредди, – угрожающе сузив глаза, сказала она. Челси и так была выше меня, а сейчас, когда на мне были не излюбленные туфли на высоких каблуках, а обычные пушистые тапочки, что я надела после душа, я и вовсе смотрелась рядом с ней гномом.

– Даже не буду спрашивать, откуда ты знаешь о размерах геморроя твоего дяди Фредди, – усмехнулась я, складывая руки на груди. – Если ты не заметила, у меня умер отец.

– О котором ты даже не вспоминала, – ответила Челси, повторяя мой жест и опираясь бедром о кухонную тумбу. – Мой тебе совет, проваливай пока цела.

Я запрокинула голову и громко рассмеялась. Эта сучка вздумала мне указывать?

– Ох, ты угрожаешь мне?

– Совет от подруги.

– Ты давно перестала быть моей подругой. Боишься, что Джефри не устоит? Обещаю, что позабочусь о нем после свадьбы. – Я коснулась кончиками пальцев своей ключицы и, не отрывая взгляда от багровеющего в приступе ярости лица Челси, двинулась пальцами вниз, останавливаясь у краешка шелкового халата на мне. – Это все-таки мой супружеский долг. – Я подмигнула, с удовольствием глядя на то, как плечи Челси подскочили в негодовании. Я ни за что не лягу в постель с Фостером, но осадить его подружку, которая вздумала мне угрожать, было моей обязанностью.

Я тихо засмеялась, развернулась, чтобы уйти в свою комнату, но почувствовала, как что-то холодное падает на мою макушку. Мое лицо заливало какой-то жидкостью, глаза защипало и только когда капли достигли моего рта, я поняла, что это был вишневый сок.

Чертова сука вылила на меня целый графин вишневого сока!

– Какого черта? – Я схватила со стола бумажные полотенца и принялась вытирать остатки сока со своего лица, шеи и груди, но к сожалению, бумажные полотенца просто не способны были исправить это.

– Ты слишком громко расщебеталась, я подумала, что тебе следует немного охладиться, – заявила она.

Я смяла полотенца в комок и швырнула их в Челси, та увернулась и надменно расправила плечи. Она была так довольна собой, что едва не светилась от счастья, как садовый фонарь. Надеюсь, к ее заднице прилипнет как можно больше мух, ведь она этого достойна.