Тьма в его сердце

Я тяжело вздохнула, глядя на Одри.

Чего она ждала? Что я упаду на колени и стану собирать стекла? Расплачусь и убегу? Увы, но пытаясь выставить дурой меня, она умнее не казалась.

– Чего ты добивалась этим? – спросила я с явной дерзостью в голосе. Посредственная моделька перешла все границы.

– Просто напоминаю тебе о твоем месте, не путай впредь.

Послышались глупые смешки, я скользнула взглядом по лицу Блейка, на его губах совсем не было улыбки. Эрик, на удивление, тоже не засмеялся. Хоть кто–то из этой компании был похож на нормального человека.

Хотя не стоит торопиться с выводами, в школе он был жутким бабником.

Я прикусила щеку изнутри, чтобы не сказать чего–то действительно неподобающего.

– Думаешь, я стыжусь того, что работаю официанткой? Ни капли, а своими потугами опустить меня, ты лишь создала дополнительную работу для Альбы, она уборщица и мать пятерых детей, надеюсь, она не поранится, когда будет собирать стекла с пола.

На секунду в глазах Одри блеснуло чувство вины, но она быстро прогнала его, заменяя надменностью.

Все–таки в Одри было что–то человеческое, надеюсь, она не задавит это под слоем мнимой важности и обиды на весь мир.

– Как ты смеешь так со мной разговаривать? Мне нужен ваш администратор, сейчас же!

Что ж, одним клиентом я могу поплатиться. К тому же Одри сама перешла эту линию.

– Она заболела, сегодня я исполняю ее обязанности.

– Ты? Не смеши меня! Ты не будешь разговаривать так со мной, тебе ясно? Идиотка! Ни на что неспособная идиотка! Уже завтра ты вылетишь отсюда, могу гарантировать.

Подступал приступ смеха, который я с трудом сдерживала, однако через секунду смеяться уже не хотелось. Я раскрыла рот, чтобы явить Одри страшную тайну о том, что я не официантка, но меня перебили.

– Замолчи, не выставляй себя еще большей дурой, Одри, – отрезал Блейк.

Обращаясь к ней, он смотрел на меня, гипнотизируя как удав. Я нервно сглотнула, закрыла рот и прижала руку к шее, все еще чувствуя странное покалывание внутри.

Вот теперь хотелось быстрее убраться отсюда.

– Но Блейк, она же, – начала Одри, поворачивая голову в сторону мужчины, но тот даже не взглянул на нее, все его внимание было сосредоточенно на мне.

– Я знаю, но заткнись уже, слушать твои вопли равносильно добровольному четвертованию, – спокойно ответил он. – Я буду салат и утку.

Несколько раз моргнув, я кивнула и начала записывать пожелания мужчины.

– И виски? – вырвалось у меня.