Перстень Лёвеншёльдов. Шарлотта Лёвеншёльд. Анна Сверд (сборник)

– Нет, никак не поверить, будто они там в Хедебю такие растяпы, что не замуруют перстень сызнова!

– Да уж вскорости все узнаем, – молвила жена. – А вот, кажись, и кладбищенская ограда!

Крестьянин остановился, подивившись веселому голосу жены. Нет, быть того не может, чтобы она отправилась на кладбище с иными помыслами, чем он.

– Прежде чем войти на кладбище, – сказал Борд, – нам, поди, надо бы уговориться, что станем делать, ежели могила открыта.

– Уж и не знаю, закрыта ли, открыта ли, а только наше дело вернуться домой да лечь спать!

– И то верно, твоя правда! – сказал, снова зашагав, Борд.

 – И не жди, чтобы кладбищенские ворота были об эту пору не заперты, – добавил он.

– Пожалуй, что так, – подхватила жена. – Придется нам перелезть через стену, ежели захотим навестить генерала да поглядеть, каково ему там.

Муж снова удивился. Он услыхал, как с легким шумом посыпались вниз мелкие камешки, и тут же увидел, как на фоне светлой полоски на западе вырисовывается фигура жены.

Она влезла уже наверх, на стену, и ничего мудреного в том не было, потому что стена была невысока – всего несколько футов. Диковинным показалось ему только то, что жена выказала такую ретивость, взобравшись наверх прежде его.

– Ну вот, – сказала она. – Давай руку, я пособлю тебе взобраться!

Вскоре стена осталась позади, и теперь они молча и осторожно пробирались среди невысоких могильных холмиков.

Один раз Борд споткнулся о такой холмик и чуть было не упал. Ему почудилось, будто кто-то подставил ему ножку.

Он так испугался, что весь задрожал и заговорил громко, во весь голос, чтоб мертвецы поняли, с какими намерениями он пришел на кладбище.

– Не хотел бы я прийти сюда, будь дело мое неправое.

– Еще чего скажешь, – возразила жена. – Уж тут-то ты прав. А вон уж и могила виднеется!

Под темным ночным небом он разглядел вывороченные из земли могильные плиты.

Вскоре они были уже у самой могилы и увидели, что она открыта. Пролом в склепе не был заделан.

– Ну и недотепы же они, – выругался Борд.

 – Будто нарочно хотят ввести в тяжкое искушение тех, кто знает, какая драгоценность там упрятана.

– Верно, надеются, что никто не посмеет тронуть покойника, – сказала жена.

– Да и вообще-то мало радости лезть в такую могилу, – молвил муж. – Спрыгнуть-то вниз, пожалуй, не трудно, только потом сиди там, как лиса в норе.

– Нынче утром я видала, как они опустили в склеп лесенку, – сказала жена. – Но ее уж, поди, убрали.