Путешествие на Запад

Во-вторых – чтобы узнать чужой язык, не обязательно быть в нужной стране. Достаточно найти учителя или книгу.

– Но вы же сами говорили, что книги не нужны. По ним ничему не выучишься.

– Ты меня не слушал. Вернее, услышал только то, что хотел услышать. Я говорил, что по книгам не выучишься магии. И это так. Но книги сами по себе – лучшее, что придумал человек. Потому что люди смертны. Кто-то живёт дольше, кто-то меньше, но смертны все.

– Даже эльфы?

Люциус немного помолчал, видимо, собираясь с мыслями. Им на встречу выехала большая позолоченная карета, запряжённая восемью лошадьми.

Народ расступался перед ней. Часть прохожих почтительно кланялись.

Люциус резко завернул влево, входя с её пути. Энрик рванул за ним, едва не попал под лошадей. Кучер недовольно крикнул ему вслед. Карета проследовала дальше.

– Даже эльфы. – Продолжил Люциус. – А знания, записанные в книгах сохраняются. Если бы не они, каждое новое поколение лишь глупо повторяло бы то же, что делало предыдущее, не в силах двинуться дальше.

– Чтобы потом записать это и передать своим детям. – Он представил, как каждую книгу, которую он читал в доме старосты писал всю жизнь какой то человек. Получается, много людей записывали свои знания только для того, чтобы кто-то спустя много лет тоже их узнал. Это казалось Энрику неправильным, странным. Отец никогда не учил сапожному делу никого, кроме членов семьи. И деревенский кузнец не подпускал к кузнице никого, кроме собственных детей.

– Если каждый в этом мире… – говорил Энрику отец – научиться сам себе делать и чинить обувь, мы с тобой пойдём по миру. Чем меньше людей умеет это, тем нам с вами спокойней живётся.

И тем страннее теперь казались слова Люциуса. Получается те, кто писали книги по магии, по фехтованию и выращиванию овощей настолько хотели передать свои знания окружающим, что их не пугало то, что их дети могли остаться без работы, если все в мире научатся драться на мечах или колдовать.

– Тогда зачем другие люди пишут о магии?

Люциус немного помолчал. – Потому что они дураки. – Совершенно равнодушно, как факт, сказал он. – Кто-то из них надеется сделать мир лучше, кто-то просто хочет прославиться. Но ни один из этих мотивов не делает их работу более осмысленной и более полезной.

Энрик перестал задавать вопросы, обдумывая услышанное.

Королевская библиотека находилась в большом высоком.