Дневники оркнессы. Книга 1. Наконец-то война!

Случайно стоявшая рядом Вуглускр пробормотала, что она ничего не понимает, но что мне точно не стоит умирать из-за какой-то длинной лохматой девицы.

Я назвал ее дурой и уточнил, что они схватили саму Марту Скрыль, ни за что, ни про что. И что если, б-ть никто из класса не решается взять на себя это, я возьму это на себя, и выскажу общее мнение. Что они сейчас делают аццкую чертовщину и Марта ни в чем не виновата.

Но Марту Скрыль все равно в финале увели. А меня убедили опустить болтер. Сам не знаю, зачем я им всем подчинился.

Не знаю уж что она там натворила… но… не думаю, что Марта могла сделать что-то серьезное. А значит имеет место какая-то несправедливость. И все-таки.. это… мы все-таки с ней сношались. И мне было реально хорошо, как и ей.

Вуглускр этого не понять, зачем я вписываюсь и гневно так разбухаю за какую-то девчонку из своего класса.

– Она была твой любовницей? – спрашивает. – Все эти годы?

– Нет! – гневно бросил я. – Но… я точно знаю, что Марта не могла ничего серьезного сделать! Не такой она орк… в смысле оркнесса… чтобы нарушать Законы!

– Не такой? – ухмыльнулась Выглускр.

Она меня любит, теперь я точно ЭТО знаю. И значит, ненавидит Марту. Ведь с ней мне тоже было Офигенно Хорошо. Но иначе, чем с этим колючим и дерзким на язык Кактусом.

– Она… и вправду… не такая… очень странно! – внезапно поддержала меня слегка остывшая Мамай-Болтай. И крутанула своей курносой зеленой башкой, с двумя длинными красными косами. Первая красавица класса, пусть и не такая длинная и идеальная в учебе, как Марта.

НО, в свете беззакония в ее адрес, это все вдруг теряет значение.

– Это правда! Кто угодно мог нарушить Законы, только не Марта! – поддержала ее и меня, белокурая Зося Наавтомате. – И если мы пойдем ее освобождать… – она запнулась. – Я пойду тоже!

– И ты?! – изумленно бросил ей Тык-Тык.

– Да! И я! – гордо подняла вверх лицо Зося. – Я не животное, как некоторые!

И она нагло и дерзко покосилась при этом на меня.

– У меня теперь тоже есть свой болтер-пистолет! – продолжала блондинка.

 – И тыща патронов к нему!

– И ветер свободы в башке! – хитро прищурилась Мамай-Болтай.

– Он – намного сильнее, чем мой страх! – изрекла Зося, зеленея от возбуждения и кладя пальцы на пистолетную рукоять своего коротенького болтера.

Я думал ее сейчас убьют: за оскорбление всех, незримо обозвав «трусами» и «ссыкунами». И мне от этого стало так невыразимо тошно… Что я сделал подшаг влево, и закрыл ее телом.

Ну этак.