Дневники оркнессы. Книга 7. Академия

Ну, в смысле, я слегка помог выйти двоим оркам, с полностью парализованной ногой. Ничего особенного. Жвалы этих гадов оказались все-таки ядовиты. И штурмовики быстро перетянули свою артерию на ноге жгутом. Потерять 1 ногу, но на несколько часов стать одним из немногих, кто уже видел ЭТО вживую и знает, во что стрелять? Не равноценный обмен. Но уж какой ни есть. Оказывается, в тот, первый раз, мне дико повезло: что я выронил пистолет, и использовал обе руки, и 1 меч. В результате: ноги и руки – целы, жив, и даже вроде как микро-герой, в глазах взрослых орков из Санитарного Взвода.

Покряхтывая, они потянулись к выходу. А разговаривавший со мной – вытащил рацию и быстро забубнил в нее, вызывая подкрепление:

– Это длинная прозрачная многоножка. Вроде как бескрылая оса. Движется жутко быстро. Атакует жвалами.

– Еще один взвод? – улыбнулся я. – Зачем? Все же, вроде, закончилось. А раненные – сами дохромают…

И тут мой слух уловил новое урчание в толчке, самом дальнем от входа. А там их целых 50 штук в ряд.

И разбиты едва ли 10.

– Это что? – успел машинально сказать мой язык. А руки – уже сами-собой, машинально, выдергивали из кобуры пистолет.

Лица орков – посерели. Оружие – начало быстро вздыматься на уровень груди.

А ближайшая ко мне оркнесса, с перетянутой жгутом рукой, растерянно плюнула:

– Не лезь на рожон, пацан! Это… мы сами!

Мощный удар головой многоножки вышиб дверь кабинки номер 13. Или 14? Не успел запомнить. Все опять закрутилось, в бешеном вихре, с новой силой.

Жах! Жах! Жах! Жах! Перекат… меняю обойму… над головой свистят пули… Еще одна кабинка улетает в стену.

Толчок – взрывается гейзером. Хруст выламываемой стены.

Я чувствую спиной чей-то хищный взгляд, и кувырком ухожу вправо. Блям! ОНО врезалось в кафельный пол и ушиблось башкой не по-детски, заскользило наружу в контузии, шурша ножами как треск рвущейся бумаги.

Пистолет – уже не попадает в голову. Хватаю акинак…

Рраз!

А вот теперь – по двум новым созданиям – можно и в башку…

Хлоп-хлоп!

Сознание – мерно считает патроны: еще только два, до отброса стволов.

Затем – снова. И снова.

И снова. И снова.

Вспышка струи огнемета. И пролет малой ракеты подствольника. Это уже обычный бой. И в нем я могу максимум только одно: как-то выжить.

Поворот. Удар спиною об дверь. Из унитаза шуршит еще одно…

– Падла!

С этим словом в его башку улетает последний патрон пятой обоймы. И дымящиеся стволы дерринжера опять откидываются вниз.

Тишина.