Первое погружение

Мы продолжаем принимать заявки от желающих участвовать во втором сезоне! У каждого есть шанс, но у купивших премиум-аккаунт и комплект Вирт-костюма есть двойной бонус!

Процент от продаж регулярно поступал на личный счёт Трэвора, он не забывал ни на секунду, зачем он здесь.

– Встречайте нашего дорогого Игрока – Крииииса Боууууунса!

– И на рандеву с ним сегодня – Доктор Отто фон Смерть!!!

Крис вновь почувствовал давление металла на запястьях и шее, плотная ткань костюма стала второй кожей, местами сильно въедаясь в тело.

Сервер телекомпании заработал с тысячами подключенных к нему компьютеров, выдавая перед взором новую локацию.

Больничная палата, обычная, ничем не примечательная особо на первый взгляд. Игрок очутился привязанным к койке кожаными ремнями, ощущение контроля и безнаказанности резко куда-то испарилось.

Второй взгляд на палату многое дал ему – он разглядел висящие стяги со свастикой на входной двери, надписи на немецком повсюду, педантично расставленные медицинские приборы и ещё одну койку рядом.

Вокруг не было ни души, абсолютная тишина и белизна палаты внушали осязаемую чистоту и порядок.

– А где все? И что у нас сегодня по меню?

Крис спросил у пустоты, и она ему ответила незамедлительно.

Входные двери широко распахнулись…

В них показался высокий мужчина худощавого телосложения, с военной выправкой и резкими чертами лица.

Орлиный профиль и тяжёлый взгляд голубых, глубоко посаженных глаз выдавали в нём истинного арийца. Одет он был в фашистскую офицерскую форму, поверх которой накинут кипельно белый медицинский халат. Руки мужчина держал за спиной, явно контролируя всё происходящее.

– Наконец-то вы проснулись, молодой человек. Я уже было подумал, что мы перестарались со снотворными и придётся искать нового кандидата.

Хороший английский с лёгким акцентом донёсся до ушей Игрока.

– Позвольте представиться – к вашим услугам доктор Йозеф Менгеле.

В маленьком бельгийском городе только один старый и увядающий дедушка узнал бы это имя. Будучи еврейским мальчиком его перед сном пугали этим именем, словно Бабадуком американских детей или Бабайкой советских.

"Ангел смерти из Освенцима" или Беппе, как его называли в кругу знакомых.