Крепостная герцогиня (главы 64—115). Квазиисторическая юмористическая эпопея

– Догадываюсь я, что сие за тайна, али аки глаголил некий таксидермист, «скелет во шкафу». (Автор уточняет, что в указанные времена такси ещё не было, хоть и было то, куда сей транспорт вляпался! И «таксидермист» суть специалист по изготовлению чучел.) Не надеялась ты, Малашка невезучая, на брак со мной, а посему уступила домогательствам Лябе и стала ЛЯБовницей, … то бишь любовницей его. И носишь ныне под сердцем чадо полуфранцузское. Не скрою, весть сия для меня далеко не благая. Но честь моя… полубаронетская… велит мне простить невольный грех твой.

Лишь токмо вслУх решил

я стать твоим супругом,

для нас покоя нет,

и нет пути назад!

ПризнАю я чадо сие своим, но смею надеяться, что одаришь ты меня прочими отпрысками.

– За речь сию благородную полюбила я тебя ещё пуще! – Малашка воскликнула. – Что касаемо «прочих отпрысков», обещаю плодить их не щадя живота своего (уточняет автор, что речь не о «чреве», а о «жизни») и матки своей в количестве, коее закажешь! Что же касаемо гипотетического уже зачатого чада, то не имеет оное место во чреве моём, ибо не пытался проникнуть мосье Лябе орудием своим во владения мои, а коли бы и пытался – не преуспел бы! … Что же касаемо скелета таксидермического во шкафу гипотетическом, то не потребно ему стокмо места, ибо виртуален он.

– Всего лишь графом, – скромно признался Уолтер «подпольный», удивлённый осведомлённостью избранницы своей.

– Да для меня, крепостной девки бесправной, вполне хватило бы не токмо графа законного, но даже баронета внебрачного!

– «Расколола ты меня, Малашка, аки патриарх Никон расколол церковь православную! Аки удалось тебе сие?

– Элементарно, Роджер! Середь книг шахматных, по коим я премудрость игры сей постигала был великолепный учебник Мэтью Хогарта с дарственной надписью: «Уолтеру Гриффиту от автора».

– Но далее следовала другая надпись, опровергающая дарственную сию.

– И я так сперва мыслила. Но опосля заметила, что почерк на языке аглицком, коим пишу я правой дланью совпадает с почерком твоим, Роджер, когда ты такою же дланью пишешь.

Отыскала Малашка учебник хогартовский и продолжила:

– Засим интереса ради написАла я своей дланью, но на сей раз левой надпись вторую якобы опровергающую первую.

– Тут взяла дева смышлёная бумагу и написАла на языке аглицком: «Роджеру Смиту от Уолтера Гриффита».