Простенький шифр. Любовь и… КГБ!

Но если уж будет переполнять чувство благодарности, то можешь выполнить мою маленькую просьбу.

– Будь я на месте Гумилёва… А чтО за просьба?

– Погоди. Сейчас зашифрую.

Вскоре девочка вручила свою шифровку и распрощалась. Бывший «Вася» расшифровал послание и получил:

НАЗОВИДОЧЬДИНОЙ

– Понятно, – проговорил он. – Была «Ася», стала «Дина». Тем более, на «Дину» эта «бывшая цыганка» больше похожа!

Глава 2

Вскоре в ленинградское отделение КГБ (пресловутый «Большой дом») поступила анонимка:

«Уважаемые органы!

Спешу донести, что нехороший кое-кто собирается сделать ещё более нехорошее кое-что.

Писать открытым текстом не рискую. Если «они» перехватят это письмо, то я – не жилец! Прибегаю к простенькому шифру Чайковского. Вам его «раскусить» труда не составит, а эти негодяи «зубы пообломают»! Искренне Ваш указанный в шифровке аноним.»

Далее шла таблица 8х8, заполненная буквами.

Ъ Г П Я Л Ы И Н

Г К Я У Н Ю Ф Й

О Г М О А З Э С

Ш Р Ы Д М Ё Б П

Щ М Д М Б Й В С

К М К Г З А К М

Т Ч Ж И М Ё О И

З Л Н Э И И Г Е

Анонимку передали полковнику Анатолию Сергеевичу Степанову, курирующему так называемое «Самолётное дело».

Группа диссидентов во главе с Эдуардом Кузнецовым намеревалась захватить самолёт и покинуть на нём пределы СССР. Информаторы доложили, куда следует. Разумеется, планы покидания ПРЕДЕЛОВ были признаны БЕСПРЕДЕЛОМ! КГБ вовсю готовился дать отпор «гнусной провокации».

Степанов прочитал анонимку и схватился сперва за голову, затем за трубку и позвонил своему подчинённому специалисту по шифрам майору… Чайковскому:

– Кузьма Андреевич! Поздравляю! Слава о Вас вышла за пределы нашей «конторы».

– Не понял.

– А Вы зайдите ко мне и поймёте.

…Чайковский прочитал шифровку и задумчиво произнёс:

– Странно. Я нигде не трепался, что специализируюсь по шифрам. К тому же «простенькие» шифры – не мой профиль. Но табличная форма шифра наводит на мысль…

– Очень надеюсь, – усмехнулся полковник, – что эта мысль преобразуется в текст!

Через несколько дней Чайковский заявил:

– Я перепробовал все свои шифры и все известные мне чужие…

– А как же пресловутая мысль, на которую навела табличная форма нашего шифра?

– Это метод вращающихся трафаретов, изложенный в замечательной книге Якова Перельмана «Живая математика».

Я уже завалил трафаретами половину кабинета!

– Объявляю с этой анонимкой перерыв! – сжалился полковник. – Скоро «прижмём к ногтю» «самолётчиков».