Подарок отца. Книга четвёртая. Да здравствует любовь!

Настроение за время охоты у Питера немного улучшилось.

Увлекшись охотой, он совершенно позабыл свои ночные переживания, кошмары, связанные с леди Ровеной.

Он в какой-то момент осознал, что девушка говорила это несерьёзно.

Мало ли что в сердцах могут наговорить люди, особенно когда недовольны положением вещей.

Скачка в погоне за зверем помогла унять полыхавшую в сердце ярость, и он, наконец, смог размышлять нормально.

Ровена маленькая девочка, привыкшая делать всё по-своему. А сейчас столько мужчин, которые желают подчинить её, беззащитную, своей воле.

Посадить свободолюбивую птичку в клетку.

Смог бы он смиренно принять подобную участь, если бы его силой женили на нелюбимой или зрелой женщине?

Нет. Не смог бы.

Он не вправе осуждать Ровену.

Но стоило ему только увидеть девушку и рядом с ней отца, стоявших у порога дома и терпеливо ожидавших, и встречающих вернувшихся с охоты, как тут же нахлынули ночные воспоминания и в памяти ярко вспыхнули все её слова и острым кинжалом вонзились в сердце.

Но больше всего его разозлила невинная улыбка Ровены, как будто не было вчерашней ночи и ему всё приснилось в кошмарном сне.

Питер сразу помрачнел и сник.

Не желая видеть эту наглую улыбочку на лице девчонки, прошёл мимо, даже не повернув в её сторону головы.

Во время трапезы он также старался не глядеть в сторону Ровены и приказывал себе не замечать её вовсе.

Но как не наказывал себе Питер игнорировать девушку, глаза отказывались слушаться его и время от времени непроизвольно всё-таки вскользь касался взглядом её нежного, прелестного лица.

И каждый раз, когда их глаза встречались, Питер видел на её лице улыбку, которая так выводила его из себя, и он тут же отворачивался от неё.

Питер злился.

Ровена выглядела ослепительно, ему так хотелось просто любоваться ею, позабыв вчерашний подслушанный разговор.

Он решился отвлечься и рассматривать девушку молча.

А новый наряд из зеленого бархата так шёл ей, несмотря на то, что её глаза были серо-голубые.

Сейчас они приобрели зеленоватый оттенок, как средиземное спокойное море в безветренную погоду.

Питер затосковал по прежним временам.

Походам, где было всё так понятно и просто.

Да, но тогда он был юн, весел. Всё было прекрасно, и впереди его ждали ратные подвиги.

Конечно, юный воин там рисковал и сколько раз мог погибнуть, но это ни в какое сравнение не шло, какие он испытывал душевные муки рядом с невестой отца.

Нет.