Семь клинков во мраке

– Госпожа Какофония… – начал он.

– Друзья зовут меня Сэл. – Я на мгновение прищурилась. – Пожалуй, ты тоже можешь.

– Сэл. – Он блеснул улыбкой – слишком милой для солдата. – Я лишь хотел выразить благодарность за то, что вы справились с Фантомом вместо нас. Раньше была медаль за образцовую службу за пределами гарнизона, но…

Я нарочито позвенела карманом.

– Предпочитаю вот такой металл, спасибо.

– Нет, я хочу сказать, я правда очень благодарен, – проговорил парнишка, и в его голосе зазвучала пугающая искренность.

Я улыбнулась: мол, я вежливая; но глубоко внутри начинаю орать.

– С Фантомом было трудно. Он убил по меньшей мере десять моих товарищей. Добрых мужчин и женщин, что отдали жизнь ради Революции. Не говоря уже о всех гражданских, которых он грабил и порочил. Я просто… – На лице парнишки смешались праведный гнев и радость. – Спасибо. Спасибо, что вы с ним разделались.

И тут я поняла, что мне в нем не понравилось.

Они называли себя разными именами. Они называли себя силой, что сопротивляется загниванию Империума, дабы подарить свободу и славу несчастным нолям, раздавленным пятой Императрицы. Но на самом деле Революция была всего лишь очередной армией, полной людей вроде того, что стоял передо мной.

С широкими улыбками и сверкающими глазами, глядя в которые невольно думаешь, что они и правда верят в то, что творят. Верят, что мир можно сделать лучше.

И если смотреть в глаза таких людей слишком долго, рискуешь в это поверить тоже.

Я когда-то знала такого.

– Ну а как же. – Я стянула палантин, избегая взгляда парнишки. – Всегда рада, если убийство идет кому-то на пользу.

– Кэврик. – Он помялся, не зная, пожать мне руку или отдать честь. Выбрав первое, он протянул ладонь. – Кэврик Гордый, мэм. Младший сержант Славной Революции Кулака и Пламени.

– Кэврик. – Я пожала его руку. Сильную и теплую. – Приятно.

– И я очень рад знакомству, мэм.

Думаю, если бы он знал, в какой ад превратится его жизнь после встречи со мной, он не стал бы так говорить.

– Надо возвращаться. Штаб-сержант не переносит скитальцев, а если мы с ними болтаем – и подавно. – Он рассмеялся и коротко отдал честь. – Так держать, вы молодец!

Я проследила, как он бежит обратно к Ставке, и не сдержала улыбки. Только такой, как он, мог увязать слова «скиталец» и «молодец» в одной мысли. Скитальцы не молодцы. Мы грабили, обманывали, мародерствовали, убивали.