Подарок отца. Книга пятая. Леди золотой кувшинки

Она наблюдала, как засияли от радости глаза у Ровены, а Питер готов был праздновать победу. Это задело самолюбие женщины, теряющей самое ценное. Мальчишка победил. Пока победил. Но она не собиралась поддаваться, во всяком случае, без боя. Её не обманут, как обманывают влюбленную Ровену, его красивые глазки. Питер всё больше вызывал у леди Магдалены симпатию и в то же время подозрение. Она никак не могла раскусить его тактику. И поэтому решила сделать отсрочку, но лишь для того, чтобы передохнуть. Уже не тот у неё возраст.

Ей необходимо поднакопить сил и тщательно обдумать следующий шаг. Как жаль, что манёвр с наследством не удался, Питер не стал артачиться и отказался от него. Ну что ж, придётся закинуть удочку с другой стороны. Стоит лишь найти слабое место у этого, она признавала, что Питер, очень красив, и это прекрасно понимал сам, зазнайки, так окрестила его леди Магдалена. Весь в отца, самоуверенный, целеустремленный, очень решительный и совершенно не предприимчивый. Хотя нет, отец его не упустил шанс получить приличную сумму для своего войска в былые времена, а сын его оказался более бескорыстен. Леди Магдалена упорно искала в Питере изъяны и недостатки и, не находя их, всё больше и больше раздражалась от этого.

– А так, как ещё не известно, есть ли наследник или нет, – она всё-таки решила подлить масла в огонь и настоять на своём. – Вы, дорогие мои, будете спать в разных спальнях. И вот когда мы убедимся, какие последствия вызвали ваши отношения, тогда и будем решать этот вопрос.

Ровена была поражена. Питер был возмущен до глубины души и в сердцах воскликнул:

– Что значит отношения! Позвольте-ка! Попрошу выбирать выражения! Ровена моя законная супруга!

Леди Магдалена проигнорировала его слова и обратилась к Ровене.

– Так что Ровена иди в свою спальню и хорошенько всё взвесь, а, чтобы никто не тревожил твой покой и пытался оказывать давление на твоё решение, – она пристально посмотрела на Питера, намекая на то, что он, возможно, будет угрожать или принуждать её, – у твоей комнаты поставим нашу охрану, как и говорила ранее…

Последнее замечание она произнесла более громко, подчеркивая, что эти слова касаются не Ровены, а предназначены больше для Питера, но видя, как он побагровел и готов был взорваться от возмущения, добавила: – И не только возле твоих дверей, но и под окнами.

Наконец-то леди праздновала триумф, невозмутимо глядя на этого наглеца, который совсем изменился в лице и готов был лопнуть от злости.