Перунов век. Мировое древо

– Константин… Андреевич, это я…, – нерешительно начал друг.

– Георгий Борисович, я надеюсь, с Людмилой Александровной всё в порядке, и вы звоните с её телефона не потому, что отобрали его? – динамики передавали ровный и спокойный голос Громова.

– Нет, что вы.

– Тогда в чём дело? Прошу перейти к сути звонка. Я занят.

– Я бы хотел извиниться, – слова Георгию давались тяжело, – вспылил некстати. Вы правы, я был расстроен и повёл себя крайне неприятно.

– И всё?

– И всё….

– В этом цель звонка? Я вас извиняю, хотя и не держал зла.

Можем прощаться?

– Нет.

– Так говорите, вы меня задерживаете.

Людмила нахмурилась и легонько хлопнула Георгия по плечу, тот виновато посмотрел на княжну и выпалил на одном дыхании:

– Ваше предложение ещё в силе?

– Какое из?

– Помочь мне с деньгами.

IX глава Магическая дуэль

Дом опустел, словно враз остался без хозяина не только на бумаге. В большом зале осталась небольшая компания холмогорской молодёжи.

Людмила дождалась, пока Громов покинет зал, в котором проходил аукцион, и последовала за ним.

Она хотела поговорить с ним наедине и подальше от чужих глаз. Константин Андреевич и так своими действиями породил множество нелестных слухов за сегодняшний вечер, и княжна должна была призвать негодяя к ответу.

Княжна Чернышёва не таилась, покрытие на полу и так поглощало звук шагов, но Константин Андреевич, вероятно, почувствовав преследование, остановился и развернулся к ней. Десяток метров Людмиле пришлось преодолевать уже под его пристальным взглядом.

– Что-то случилось, Людмила Александровна?

– Зачем вы выкупили все мои вещи? Вас никто об этом не просил, – княжна старалась не повышать голос, но удавалось это с большим трудом.

От спокойствия на лице Громова становилось ещё досаднее, но перейти на крик сейчас означало привлечь ещё больше внимания.

– Прекрасные платья. Было бы совершенно ужасно допустить мысль, что их может надеть кто-то другой, а не вы.

– Странная причина для покупки.

Планируете замуровать их в своём гардеробе? – Людмиле представилось унылое будущее её платьев, деливших один шкаф с франтовскими нарядами Громова, и она едва подавила смешок. – Допустим. А кольцо вам зачем?

– Это фамильное украшение. До вашей матери и вас, многие женщины рода Громовых носили его с большим достоинством. Такие вещи не уходят с молотка. Меня огорчает, что с частью истории моего рода, так могли поступить.

Огорчает его, видите ли.