Пути тьмы

– Слушай, я ещё довольно молод, – состроив мученическое выражение, заискивающе начал говорить ангел. Мысли Ферат в этот момент были довольно скептическими, примерно такими: «Дорогой мой, я живу на свете сто двадцать восемь лет, семнадцать из которых я провела в отменном серпентарии с лицемерами всех мастей и хоть этот срок для ведьм ничто, я научилась отличать ложь от правды и более древних существ от менее, и ты уже попался». Именно так подумала она, но всё равно дала ему продолжить, – Ты знаешь, что такое голод? Его невозможно контролировать, я не справился, прости, но давай договоримся?

– Нет, я столько энергии потратила не для того, чтобы вот так отпустить тебя, – отрезала Ферат, хотя вид у такого (не смотря на всю пугающую сущность) величественного существа, был сейчас жалкий, не то, что в их первую встречу.

 – Прости, но это жизнь. Сколько тебе лет? – девушка вспомнила, как читала в одном прославленном бестиарии или ей говорил об этом кто-то из учителей, что чем старше ангел смерти, тем он сильнее и тем легче ему управлять голодом, молодняк не справляется с желаниями, а вот зрелые просто не хотят этого делать, потому и поглощают души целых деревень.

– Сто четырнадцать, – пробурчал слуга, отворачиваясь от ведьмы, явно недовольный её несогласием на его предложение.

– А ну не ври! – приказным тоном, задев сердце, что опять покоилось на столе, воскликнула Ферат. Он тут же посмотрел на неё и сам того не ожидая отчеканил:

– Четыреста тридцать один.

– Ого.

– Чёрт.

Он был, выразимся так, довольно древним, а значит сильным. Судя по негодованию на его лице, он ещё не смирился с тем, что подчиняется

приказам ведьмы.

– В общем, слушай план дальнейшей твоей жизни, – смакуя каждое слово начала Ферат. – Теперь ты круглосуточно страдаешь со мной, завтра уберёшь трупы, захоронишь, а сегодня, – она кинула взгляд в окно, судя по взошедшим звёздам только-только свечерело. – Сделаешь мне чай с ромашкой, добавь в него настойку рябины, Ворон покажет, где что лежит, а я пока найду одежду тебе на замену.

– Не собираюсь я тебе прислуживать! – капризно и яростно воскликнул ангел. Губы девушки невольно растянулись в широкой довольной улыбке.

– Ещё как собираешься, – произнесла она и взяла сердце. – За дело, это приказ.

И с этими словами она покинула свой дом, услышав в ответ тихое и ворчливое:

– Ещё посмотрим кто с кем страдать будет.