Я не хочу такого перерождения!

– Должен быть предел твоему высокомерию! – заорал один из знати, – за такое обращение с нами тебя казнят!

– Закройте свои рты, отребье!

Сбоку раздался крик. Все повернулись. Тем, кто кричал, оказался сам барон, который выглядел словно бешеный зверь. Его глаза были налиты кровью и он тяжело дышал.

– Барон Ферос! Что с ним? Что тут происходит?

Толпа снова начала шептаться. Они еще никогда не видели барона в таком состоянии.

Больше всего недоумевала знать. Они посмотрели на барона как на психа. Хоть он и был их господином, но никогда не позволял себе так разговаривать с благородными.

– Барон Ферос, вы не можете так с нами разговаривать. Объясните, они и что тут делают.

Говорил все тот же человек, что первым заговорил недавно.

Вместо       ответа,       Ферос       неуклюже       подбежал       к       девушке,       что

продолжала смотреть на окружающих, и упал ей в ноги.

– Моя Богиня, пожалуйста, пощадите меня. Я тут ни при чем. Я собрал всех как Вы сказали.

Он словно псих бился лбом о тротуар, не обращая внимания на многочисленные взгляды знати и слуг.

Его лоб кровоточил от ударов, но он и не думал прекращать.

Богиня лишь фыркнула и холодно посмотрела на него. Взмах руки и его тело обмякло, лишившись головы. Брызнула кровь.

В толпе послышались крики. Женщины тряслись и плакали, прикрывая рот или глаза руками. Знать смотрела на труп своего господина, широко раскрыв глаза.

– Хватит болтовни. Ты можешь оставить одного в живых, но остальных должен принести мне в жертву.

Выпей их кровь, а души я заберу себе, – низким голосом богиня обратилась к Васе, что уставился на труп.

Все уже произошло. Они разозлили Богиню и теперь все умрут.

«Убей!», «Сожри их!»

Голову парня наполнил хор голосов. Его тело стало превращаться само по себе. Приняв полную форму, оно бросилось на знать, вгрызаясь в них зубами. Никто не бежал и не кричал – все стояли, не в силах сдвинуться с места или открыть рот. Один за другим они падали, обескровленными и разорванными на куски.

Богиня холодно наблюдала за резней.

Вася был словно не в себе. Он все видел и понимал, но не мог ничего сделать. Каждая новая жертва опускалась грузом на его плечи. Он чувствовал вину. Он – причина всего этого. Эти люди ничего ему не сделали. Крики и обрывки воспоминаний от поглощения крови сводили его с ума.

Убив больше половины, он уже безразлично наблюдал за своим телом. Вот оно кому-то оторвало голову, перед этим выпив всю кровь из тела.