Цузамэн

“Уважаемый Виктор Михайлович!

Настоящим направляю аналитический обзор по компании К., которую СББ недавно вывел на биржу через IPO[46 - Initial Public Offerring = Первичное Публичное Размещение], несмотря на раннюю степень коммерческого освоения их технологии (т.е. на технической стадии без операционных доходов).

При этом обращаю внимание, что компания К. работает только на дровах, а Росина – на любых видах отходов.”

* * *

Виктор перезвонил утром по пути в Шереметьево.

– Ленка, – звал он её бодрым голосом. – Что ты так рано не спишь?

– В Лондон утренним Аэрофлотом лечу.

– Значит, мы летим одним рейсом… Лен, там Сашка говорил про товарища из золотодобывающего бизнеса. Можешь попросить дать его телефон, а?

– Всё сделаем.

– Вот Сашке повезло!

* * *

После бессонной ночи она еле дотянула до самолёта и упала в своё кресло в первом ряду совсем без сил. Виктор зашёл перед самым вылетом. Он был в джинсах и джинсовой рубашке навыпуск, в связи с чем напомнил ей студента-выпускника восьмидесятых.

– Вот “тёрм-шит", который Миша подписывает.

– Лен, ну что Миша?! – пробурчал в ответ Виктор. – Такой же проходимец, как и я.

В. проследовал на своё место в предпоследнем ряду, надел наушники и погрузился в какой-то кинофильм. Елене не хотелось ничего, даже еды, поэтому она закуталась в одеяло и заснула.

По приземлении в Лондоне Виктор подошёл к ней, помог надеть пуховик и взял портфель с ноутбуком.

– На прошлой неделе встречались с Ш. в правительстве Москвы.

– Он ничего не решает, – спокойно ответил В, и они проследовали к выходу длинными аэропортовскими переходами.

– Саша говорил, у тебя здесь красивая квартира у королевского зала мольбертов, – вдруг вспомнила Елена.

– Раньше снимал, сейчас купил. Такое здание красивое с высоким подъездом, в который ещё лошадиные кареты заезжали…

Подойдя к паспортной зоне, Виктор протянул ей обратно портфель с ноутбуком, а их кисти и пальцы рук соприкоснулись.

– Здесь наши пути с тобой расходятся, – прощался он твёрдо, но с глубокой печалью в голосе.

– Ей было так горько и грустно, что хотелось расплакаться, но она не понимала почему, и с чем именно это связано.

Кадр 8. А потом – втроём!

Когда Тебя нет, хочу много конфет,

А если ты есть, хочу Тебя съесть.