Неформальная любовь

Все сделаю, чтобы вернуться к нормальной жизни, и ты со мной всегда будешь. Только бы найти тебя.

– Холодов, чего замер? Согласен со мной, что все вы трудные подростки, и толка из вас не будет все равно?

– Анжелика Павловна, Вы не правы. Но я не стремлюсь Вас разубедить. Бог Вам судья. Нужно в полицию обратиться.

– Нет, не в мою смену. А завтра, пожалуйста. Скажите, что утром обнаружили пропажу и, пожалуйста, пусть разыскивают сколько угодно.

– Серый, идем, самим придется, – отозвался Тимур. Я едва кивнул, и мы поспешили прочь из детского дома.

– Где еще можно поискать ее? Ночь холодная, а ее даже защитить некому. Одинокая Лийка, как ни крути.

– Сергей, ничего ты не добьешься. Надо дождаться утра. Полиция тоже положенные три дня ждать будет, так что придется пока прервать поиски. Хотя бы до утра.

– Нет, я хочу написать заявление уже сегодня.

– Сергей, послушай. Не суйся ты в полицейский участок. Я кое-что узнал про тебя. Те, кто убили твоего отца, как-то связаны с местным судьей.

Узнают, что живой остался, найдут.

– Так что же делать-то теперь? – спросил я, хотя ответ и так знал.

– Сказал же, ждать. Найдется она. Должна найтись. Лийка живучая.

Я неуверенно кивнул и отправился обратно в детский дом. От осознания собственного бессилия становилось тяжело на сердце, и уснул я лишь под утро.

***

Я проснулся и практически сразу же отправился в комнату Амалии. Мне не сразу открыли. Когда открыли, то сообщили, что Амалия так и не появилась. На улице сегодня ненастно, и проливной дождь шел, не переставая.

Пошел на завтрак, потом на занятия. Грозовые облака опустились на город, и проливной дождь вместе с громом и молнией пугали собак и детей. А еще старушки хватались за сердце. На уроках отсидел, постоянно сверяясь с часами, время тянулось.

Воспитатели сообщили в полицейский участок о пропаже Лийки, а я продолжал поиски сам. Опрашивал прохожих. Искал с помощью социальных сетей. С содроганием просматривал сводку местных новостей.

В школу ходил, и оценки получал как всегда отличные. С теплотой в сердце вспоминал девчонку с глазами цвета неба и волосами теперь уже цвета воронова крыла.

«Амалия, прошу тебя, найдись. Где ты, милая?». Мне казалось, что власти бездействуют. Кому нужен детдомовский ребенок? Пропал, тем лучше.

Через неделю мое отчаяние стало практически осязаемым. Погода как назло стояла такой мрачной.  Она добавляла ощущение, что эту девчонку я больше никогда не увижу.