Подарок для императора

Он прошел в обеденный зал и склонил голову.

Тэррион изучающе посмотрел на парня.

– А где Мелисса? – и в этот момент я шагнула в обеденный зал.

– Я здесь, все в порядке, извини, я была в камзоле, долго переодевалась.

Мой побледневший телохранитель выдохнул.

Повелитель разрешил Ивайло выйти. Я подошла к Тэрриону и села за стол.

– Как дела у Саливана? – спокойно спросил повелитель.

Я чуть не поперхнулась, после этих слов.

– Тэррион, я…

– Снова ослушалась, и еще заставила Ивайло себя покрывать.

– Это так страшно?

– А как ты думаешь, Мелисса?

– Я могу все объяснить, – выпалила я.

– Попробуй, – я посмотрела Тэрриону в глаза, но боялась сказать правду и солгать тоже боялась, тем самым вызвала очередной вихрь.

– О нет, – я старалась нейтрализовать вихрь, но в итоге сделала его больше. Не получалось ничего.

Тэррион сделал так, что вихрь исчез и внимательно следил за мной. Он ждал моих слов, но было сложно. Он менталист. Щиты, да я держала, но это он заметил и ждал объяснений.

Я боялась за Ивайло, ведь нанесение травмы принцессе – это смерть. Я не хотела. Вспомнила девушку, и то, как повелитель с легкостью отдал приказ казнить ее. Начну плакать или умолять – вызову дождь. Небеса, что же делать? А он молчал и ждал от меня объяснений, но пока что я не могла найти нужные слова.

– Тэррион, все же в порядке, никто не умер, может, простишь меня за это, и забудем?

Повелитель улыбнулся, но отрицательно покачал головой.

– Нет, я жду твоих объяснений, от этого многое зависит, ты же знаешь.

Мало того, что говорить надо спокойно, ровно, но куда деть страх, который рвался наружу. Император положил салфетку на край стола, и взял кубок.

– Я не могу, – и слезы покатились из глаз, за окном раздался гром.

– Тогда мне тоже очень жаль, – Тэррион резко поставил кубок снова на стол, поднялся из-за стола и пошел прочь, от этого у меня все похолодело.

– Нет, Тэррион!!! – я догнала его, когда он почти вышел из зала, и схватила его за руку.

– Я прошу, идем со мной, – я не дождалась, пока он ответит, и с силой потянула его в тот сад, в котором мы были утром.

Я рассчитывала, что там он возможно будет спокойнее.

Тэррион шел за мной, а я боялась смотреть ему в глаза, но старалась сдерживать страх. Добравшись до мостика через кристально-чистый ручей, развернулась и сразу заговорила, откровенно, как на исповеди, это видимо было неизбежно. Я все понимала, ведь как говорится, лучше горькая правда, чем сладкая ложь.