Светик, это не конец

Кенди, казалось, не слушал то, что говорил император, и думал совсем о другом, а потом, посмотрев на свой браслет, резко встал и подошел к Наполеону.

– Император, меня срочно вызывают на Хастарис, не могу ни секунды оставаться здесь. Я надеюсь, Вы присмотрит за моей женой.

– Так неожиданно. Может, сам все объяснишь ей? Она так смотрит на тебя.

– Времени нет, очень спешу, – Кендистан, даже не взглянув на меня, поспешил удалиться. Я подскочила, а Наполеон на ломаном русском сказал:

– Светик, не беги за ним, ты должна оставаться за столом, – у меня все внутри похолодело.

Когда Кенди не стало рядом, я снова испытала такое чувство одиночества, и страх сковал все тело. Я четко осознала, что хранитель не вернется, а для себя поняла, что не хочу оставаться рядом с императором. В тоже время я осознавала, что меня очень быстро остановят. Если и бежать, то не сейчас-то точно, и не в этом платье.

Кенди бросил меня. У него появились какие-то дела, и грош цена его словам. Никому я не нужна. Я была для него только каким-то развлечением на время, а теперь все кончено.

Генералы и Наполеон еще долго сидели за столом, а потом даже позволили себе выпить странный напиток. Его запах был мне не приятен. Я нашла на столе хлеб и еще фрукты, но это были не яблоки, а такие веточки с какими-то ягодами. Они тоже оказались очень вкусными. Мне невыносимо стало вот так сидеть. Я встала и подошла к императору. Он что-то говорил, а я перебила его и переключила внимание на себя. Потом уверенно взяла его за руку и потянула.

Я собиралась поговорить с ним наедине. Император удивленно приподнял бровь, но улыбнувшись, позволил мне его вывести. Когда мы вышли из обеденного зала, я повернулась к нему лицом.

– Ваше Величество, куда ушел Кенди? – ровным голосом поинтересовалась я.

– Светик, он хранитель. Пришло послание, и он отбыл на корабль патруля времени. Сказал, что пока его нет, ты должна быть со мной. Я, конечно, сам не в восторге, что ты будешь рядом. Сейчас война, но пока отправить тебя во Францию не могу.

Тем более, Кенди настаивал, чтобы ты оставалась со мной, – Наполеон подбирал слова. Он старался объяснить мне все это.

– Почему мир так жесток? – вдруг отозвалась я.

– Ты даже себе не представляешь, насколько. Если тебя тяготит общество моих генералов, ты можешь подняться в свою комнату. Не переживай, Кенди обещал, что вернется. Он часто бывает в этом времени. Или ты меня боишься?

– Нет, Вы же не собираетесь меня убивать, – пожала плечами я.