Четвертый опыт Выбегаллы

Четвертый опыт Выбегаллы

Сергей Афанасьев

В институте Чародейства и Волшебства неугомонный профессор Выбегалло создает идеальную женщину. И до этого дружный коллектив неожиданно потрясают бурные разногласия, местами переходящие в решительные столкновения.

Расширенная версия (январь 2022).

Сергей Афанасьев

Четвертый опыт Выбегаллы

Вступление

Эта повесть была написана под влиянием книги "Миры братьев Стругацких. Время учеников", одобренной Борисом Натановичем, в которой были собраны рассказы, как бы продолжающие жизнь героев Стругацких.

У меня тоже к этому времени накопились кое-какие мысли. А эта книга дала мне столь необходимый толчок для реализации их на бумаге.

Миры братьев Стругацких – для меня это не только знакомые имена героев, но и сама уникальная атмосфера. Эту-то атмосферу я старался добросовестно передать в своем произведении – иначе на мой взгляд это был бы не мир Стругацких. Но мне это не удалось. И тогда я пошел на крайние меры – взял несколько цитат из "Понедельника".

Не судите строго.

* * *

Я был доволен, дней мне не хватало, и жизнь моя была полна смысла.

(А. Привалов)

Неожиданное предложение

Этот обед ничем не отличался от предыдущих – Слава с Корнеевым увлеченно играли в шахматы, тщательно записывая все свои победы и поражения, Володя Почкин меланхолично курил, сидя на подоконнике, Роман Ойра-Ойра в дальнем углу разминался в магии, превращая табуретку в букет цветов и обратно, Эдик Амперян проникновенным голосом разговаривал по телефону с хорошенькой девушкой Майей, а художник нашей газеты Саня Дрозд учил всеобщего любимца попугая Фотончика говорить "каррамба!".

Я же вместе с очаровательной практиканткой Стеллочкой занимал второй в этой комнате подоконник, вдвоем сочиняя новую острую статью для нашей стенгазеты. Короче говоря, кругом были приятные дружные люди, увлеченные интересным делом. Все были счастливы, веселы и жизнерадостны, и ничего не предвещало начала тех невероятных событий, которые в скором времени перевернут размеренную жизнь нашего института.

В комнату осторожно заглянул Янус Полуэктович. Близоруко оглядев притихший зал, он задержал свой взгляд на нашей паре.

– Э-э, Александр Иванович, – обратился он ко мне, сразу выдав в себе У-Януса. – Мы с вами вчера не разговаривали?

– Нет, – привычно ответил я, на всякий случай слезая с подоконника.