Феодора – 4. Пираты

– Это ненадолго, – улыбнулась она, снова погладив его по щеке.

Юноша от ее прикосновения почему-то снова поморщился, покосившись на скопление народа в центре корабля и прислушиваясь в их разговорам.

– Что будем делать, капитан? – в это время спокойно поинтересовался Воин.

Сириец, промывая свои раны вином, только пожал плечами.

– Нас засекли. По темноте мы далеко все равно не уплывем, – скривившись, ответил он. – Так что будем светиться и держать вахты. Благо до рассвета совсем недолго.

– На вахтах можете рассчитывать и на нас, – решительно произнес Воин.

Но потом покосился на остальных пассажиров и уже тоном ниже добавил. – На меня – точно.

Капитан кивнул.

– Я – тоже! – вдруг недовольно воскликнула матрона. – И услышать, и увидеть врага я еще вполне могу. А уж громко закричать – тем более!

Все почему-то заулыбались, впрочем сильно озадаченные таким решением.

– Капитан, про нас не забудьте, – улыбнулась Феодора, ножницами отрезая лишние нитки, и оставляя только короткие кончики.

– Хорошо, – кивнул капитан, долго и пристально всматриваясь в улыбающуюся девушку.

Снова кивнул и отвернувшись, принялся осматривать палубу.

– На первой вахте – Кидоку и госпожа… – Капитан замялся, а Рус вдруг вспомнил, что она так и не назвала своего имени, что, впрочем, было довольно странно. Но она и сейчас промолчала, и капитан продолжил: – Следующие – Рус и Хорив. Всем остальным – спать. Раненым – к Контару на перевязку.

Освободившийся египтянин подошел к капитану, но тот отрицательно покачал головой.

– Сначала Фемела.

– А ты как?

– Я в порядке? – буркнул капитан.

И Контар тут же приблизился к Воину, который, промыв раны, пытался их перебинтовать, держа кончик оторванный полоски в зубах.

– Я тебя перевяжу, – произнес египтянин, видя, что раны несерьезные.

– Это только царапины, – пренебрежительно процедил сквозь сжатые зубы Фемел. – Я сам.

– Мне будет сподручнее, – не согласился египтянин. – И быстрее.

И Воин сдался.

4

Потом Контар помог капитану с перевязкой, а потом Марон что-то тихо сказал египтянину, и тот, захватив с собой негра, подошел к бочкам.

Молча, за ноги, перетащили тело мертвого грека к правому борту, положив рядом со сходнями. А сириец нашел взглядом Руса – его все еще перевязывала Феодора, в отличии от египтянина, на никуда не спешила. Юноша вопросительно приподнял брови и Марон приглашающе кивнул.

Рус посмотрел на девушку.

– Меня капитан зовет, – неуверенно промолвил он.