Кадавр

– Домой, значит, собрались! – снова процедила она, поняв, где примерно они сейчас находятся. – Теперь заново придется возвращаться. Эх, столько времени зря потеряли! – добавила она с горечью, подбирая с пола валяющееся платье.

Вернулась к рюкзаку, достала спичечный коробок, вытащила спичку.

– Что вы хотите сделать? – встревожено спросил Игорь.

– Я? Сжечь эту тряпку, – небрежно ответила она.

Игорь испугался. Бросился к Охотнице, цепляясь за платье и пытаясь оттеснить девушку плечом. Охотница зло дернула материю на себя.

Тонкая ткань, и так порванная предыдущим событием, снова треснула. От толчка они оба упали на ковер. Игорь обхватил Охотницу, пытаясь вырвать платье из ее крепких рук, навалился на нее. Девушка больно саданула его коленкой по ребрам, одновременно пытаясь поцарапать ему лицо. Игорь, правой рукой вцепившись в девичью талию, левой попытался перехватить и вывернуть ее руку…

И в этот момент мальчик заплакал.

Разгоряченные борьбой они замерли, тяжело дыша. Обоим стало стыдно.

– Ладно уж, – пробурчала Охотница, садясь и тыкая платьем в Игоря. – Сами таскайте.

Забрав платье, Игорь подошел к Иннокентию. Сел рядом, погладил малыша по плечу.

– Извини, – виновато сказал он. – Больше не будем.

Худенькие плечи мальчика продолжали мелко вздрагивать.

– Обещаю, – добавил Игорь, ласково прижимая мальчика к себе. – Веришь?

Ребенок молчал. Игорь сурово посмотрел на Охотницу. Насупившись, девушка неохотно подошла к ним, потрепала мальчика по голове.

– Я тоже обещаю, – сказала она вдруг охрипшим голосом.

 – Никогда не ссорится с сэром Игорем. И, тем более, не ругаться. Теперь нам веришь?

Кеша только кивнул, маленькими кулачками вытирая заплаканные глазки.

– Давайте обедать, – все еще всхлипывая, сказал он.

– Конечно, конечно, – засуетилась вдруг девушка.

Они собрались у стола. Игорь принялся выкладывать на тарелку сухари из пакета.

– Что это вас так трясет? – подозрительно спросила Охотница, внимательно глядя на руки Игоря.

Он пожал плечами и ничего не ответил.

– В детстве не дрались, что ли? – снова спросила она.

Он отрицательно покачал головой. Говорить ему почему-то уже было трудно – челюсти приходилось сжимать, а то их тоже трясло.

– Никогда-никогда?

Он снова кивнул, злясь на этот разговор.

– Завидую, – тихо сказала Охотница.

Порывшись, она достала из своего рюкзачка маленькую квадратную фляжку.

– Хлебните, – протянула она. – Только немного. Это чистый спирт.