Кадавр

Дверь, под действием пружины, резко закрылась. Игорь, оказавшись в полутьме, замер на мгновенье, оглядываясь и прислушиваясь. Длинный коридор был основательно завален многовековой пылью и строительным мусором, скопившемся здесь, наверное, еще с советских времен. В тишине явственно различались торопливые удаляющиеся шажки.

Игорь неловко побежал на звук, перепрыгивая через разбитые стремянки.

– Эйджер! – крикнул он на ходу, твердо уверенный, что скоро догонит ее.

Многоголосое эхо пустого помещения оглушило его, но… никакого ответа.

Коридор вывел его в холл, где дорогу преградила старая натянутая веревка с обветшалой табличкой – "Реконструкция. Проход запрещен".

Девушки здесь не было. Да и путь разветвлялся на несколько коридорчиков.

Игорь замер в растерянности.

– Эйджер, мне надо с вами поговорить! – снова крикнул он.

Громкое эхо снова многократно отразилось от каменных стен, наперегонки друг с другом убежав куда-то в бесконечную глубь.

Прислушался. Тихо в ответ. И даже уже не слышно было скрипа мусора под женскими босоножками.

Игорь в недоумении обернулся.

Позади, от входной двери, с испугом и любопытством смотрела на него какая-то дама. А два пухленьких карапуза осторожно ступали следом за ним. С хитрыми рожицами они, прошмыгнув мимо Игоря, пробежали под оградительной веревкой, с опаской прошли еще шагов десять – до самого поворота, оба одновременно заглянули туда, в неизвестность, и визжа вдруг бросились обратно. Дама у дверей на них шепотом построжилась, выгоняя карапузов на улицу.

Игорь зачем-то махнул им всем вслед рукой и, нагнувшись, скользнул под веревку, приподнимая ее руками, и старательно переступая через куски старой советской штукатурки – насколько он помнил, раньше здесь были склады.

Неловко пробираясь среди всех этих покосившихся стремянок, носилок, сломанных лопат и облезлых веников, запачканных известью и цементом, он выискивал в холле отпечатки женских босоножек. Но толстый слой мусора совершенно скрывал какие-либо следы, и в какую сторону она пошла было абсолютно непонятно.

Отчаявшись в своих следопытских поисках, он остановился в нерешительности у поворота – куда ему пойти? Прямо или направо? Осторожно заглянул за угол, ожидая увидеть там что-то необычное – дети ведь чего-то испугались?

Все тот же строительный мусор, заляпанные известью окна и многолетняя пыль.

И гардероб.

Длинные ряды вешалок уходили вправо и влево, теряясь где-то вдали.