Божественное стадо

– А как, Пастух, у меня насчет рождения телят? – спросила вновь названная Танька-красава.

– Насчет рождения телят тут какая-то непонятная вещь: вроде бы ты корова, а родишь не телку и не теленка… Что бы это значило? Я с таким не встречался… Хотя на плоскости встречается немало невероятного… Словом, надо понаблюдать за тобой. Следующая идет: светло-рыжая…

– Я, Пастух, – не выдержала светло-рыжая телка и весело заявила: – больше всего люблю притворяться, я знаю об этом! Я чувствую себя всеми телками сразу и иногда даже коровой или быком… С первых столбов я заметила эту свою особенность и даже думала по дороге: это я иду и стою или вовсе не я? Я – светло-рыжая, но на прошлом столбе, когда щипала траву, думала про себя, что я, возможно, коричневая, как Анна, а может быть, даже и не корова…

– Ну, что касается твоего имени, в списке его нет, поскольку фигура ты – та, что идет впереди тебя, в прошлом, – фигура довольно известная, да и имя твое было заранее определено, но я не хотел его раскрывать, чтобы не обидеть других.

Будешь ты по-стадному – Сонька, в проекционном же мире клички твои София и Софья. История твоя сущностная известна всей плоскости, но пока что на этом и остановимся.

– Я и не претендую, Пастух, на раскрытие моей истории, – сказала рыжая Сонька, – я люблю скрытность. А то, что меня зовут Сонька, – я знала, но откуда я это знала, не знаю.

– Пегая любит и себя, и других, – продолжил Пастух, – и находит общий язык со всеми, не обращая внимания на разность характеров. Чувствует себя абсолютно счастливой, когда на ней всякие украшения, особенно жемчуг… Если же украситься нечем, она просто страдает! Определенная сущность, имеющая миллионы проекций! В коровах ты останешься телкой по поведению и будешь пастись весело и беспечно, не озадачиваясь теми вопросами, которые, предположим, задают себе Елена или Джума.

Также ты нарожаешь много телят, подобных себе, и все они, став коровами и быками, по сути своей, по поведению останутся телками и телятами, поддерживая в нашем великом стаде тот необходимый уровень легкомыслия, непосредственности и простоты, который необходим для самого существования скотины.