Неотмазанные. Они умирали первыми

Наш пенсионер еще себя покажет в деле, такие, как он, тридцати гавриков, как вы, стоят!

– Сидел бы дома да внуков нянчил, зеленые сопли им смахивал да подгузники стирал! Понесла дедка нелегкая в Тмутаракань за приключениями на свою задницу!

– Посидел бы ты на его нищенскую зарплату с кучей голодных ребятишек, глядишь, и не туда бы занесло!

В толпе среди прибывших мелькала то здесь, то там разбитая, сильно поцарапанная, с темным фингалом под глазом физиономия одного из бойцов.

– Чего это пулеметчик у вас такой разрисованный, как индеец, вышедший на тропу войны; мода, что ли, нынче такая или маскировочный макияж навел?

– Поскользнулся на арбузной корке, – улыбнулся в ответ приезжий в усы.

– А я слышал, что у контрактников дедовщины не бывает, – продолжал подтрунивать над ним Ромка, не обращая внимания на Танцора, который настойчиво толкал его в спину.

– Я раньше тоже так думал, – беззлобно отозвался старший прапорщик и, наклонившись над шлангом, жадно припал губами к ленивой теплой струе.

– Да, братцы, вода здесь дерьмо, вонючая какая-то! С сероводородом, – сказал контрактник, поднимая лицо и сплевывая. – Наша вкуснее!

– Спору нет, Михалыч! Наша, конечно, лучше! Особенно родниковая! – послышались со всех сторон возгласы.

– Мужики! Объявляю двадцатиминутный перекур!

Дождавшись, когда приехавшие «контрабасы» вдоволь напьются, Ромка и Танцор наполнили бачки водой под завязку и, взвалив на спину, потащились к себе в лагерь.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Через полчаса колонна ожила: заревели движки бронетехники, выплевывая вонючую гарь, заурчали монотонно грузовики, бойцы расползлись по машинам. Вишняков сначала помог могучему Любимцеву забраться в кузов, потом уж вскарабкался сам. Устроившись на своем месте, постучал кулаком по кабине водителю:

– Виктор! Трогай!

«Уралы» вслед за головным БТРом вывернули на разбитую дорогу.

Старший прапорщик вновь погрузился в свои, прерванные остановкой, воспоминания:

«Что-то в их отношениях произошло. Нина за последний год сильно изменилась. Может быть, отпечаток наложила ее ответственная скрупулезная выматывающая работа. Может быть, всему виной новая начальница-самодурка. Стерва, ушедшая с головой в работу, будто комсомолка тридцатых, постоянно капающая на мозги, не дающая подчиненным ни на минуту расслабиться.