Улица Кипарисов, 14

– Какой ты смешной с усами!

– Ты-то меня узнала, значит, не все потеряно?

– Я тебя, мой дорогой, и вот с такой бородой узнала бы! – рассмеялась Джой, показывая руками.

Никогда в жизни Торбеллино не был так счастлив.

– Что же мы стоим у всех на виду, как памятник влюбленным? Приглашаю Вас, моя несравненная повелительница, к себе в гости, в мою скромную каморку! – радостный Торбеллино с церемонным поклоном предложил девушке руку и тут же поправился. – Ой, виноват, оговорился! Приглашаю в мой великолепный дворец.

Но воспользоваться его гостеприимством Джой не удалось: за их спинами раздалось громкое урчание подкатившего мотоцикла, которым управлял Венто. Ноктафрат соскочил с седла, и друзья крепко обнялись.

– Ну, здравствуй, мой дорогой спаситель! – приветствовал Торбеллино ездока, хлопая его по плечу.

– Привет, пропащий! Твоя Джой вся испереживалась, мог бы с кем-нибудь хоть маленькую весточку передать, лентяй!

– Венто, с каторги не передашь! Если только бутылку с запиской в море кинуть, и то неизвестно, когда ее к родному берегу прибьет.

– Вон, оказывается, куда тебя занесло. Тогда, брат, беру свои слова обратно. Досталось тебе, видать, крепко.

– Джой, Венто тебе рассказывал, как меня от смерти спас на горном перевале?

– Нет, он же неисправимый молчун, из него раскаленными клещами слова не вытянешь. Другое дело – Флай.

– Я просто не хотел тебя расстраивать, – стал оправдываться ноктафрат, поблескивая стеклами очков.

– Правильно сделал, а то представляю, как я бы плакала и страдала, узнав об этом.

– Если б вы только знали, как я рад, что вы встретились! У меня еще есть пара часов, пока мне подготовят сумку с почтой, – сказал Венто. – Где вас ждать?

– Давай встретимся на этом же месте! Если здесь не найдешь, то мы вон там, у фонтанчика, под памятником будем сидеть.

– Договорились. Мне еще кроме почты надо съездить какой-нибудь подарок сестренке купить, – Венто направился к сверкающему на солнце мотоциклу, который уже облепила со всех сторон стайка любопытных мальчишек.

Влюбленная пара не могла отвести друг от друга счастливых глаз. Они никого не замечали вокруг. Для них никто не существовал на свете: ни эта улица, ни любопытные прохожие, ни шумная детвора у мотоцикла…

– Ты, наверное, есть хочешь? Ведь от маяка до Бельканто путь неблизкий, – спросил Торбеллино любимую.

– Угадал.