Улица Кипарисов, 14

Добравшись до Ноузгея, пираты, томимые неукротимой жаждой, перед самым началом парусной регаты наведались в один из портовых винных погребков. И надо же было такому случиться, что этим погребком оказался кабачок «Здесь сбываются мечты», где когда-то арестовали друга Торбеллино – балагура Фиеру за длинный язык. Здесь враждующие экипажи столкнулись нос к носу.

После приличной порции выпитого вина Чевалачо имел неосторожность обозвать Рыжего Ридо тупой грязной обезьяной, которая ничего не смыслит ни в навигации, ни в парусном вооружении, которая не может даже отличить «грот» от «кливера».

В ответ на оскорбление через зал в экипаж «Морского дьявола» полетела тяжелая табуретка, которая через пару секунд вернулась обратно в сопровождении еще двух табуреток и оловянной кружки. Завязалась пьяная потасовка, каких еще не видел на своем веку город Ноузгей. В ход пошло все: кулаки, головы, дубовые табуретки и скамьи, бутылки и кастрюли… За несколько минут в зале была переломана вся мебель, разбита вся посуда и поврежден не один десяток носов.

В результате пьяной разборки пираты чуть не опоздали на старт. Всю дорогу до пристани они награждали друг друга отнюдь не лестными эпитетами. Напившийся Чевалачо, сдвинув треуголку на затылок, обещал Ридо прострелить дырку в борту ниже ватерлинии, если тот посмеет их обогнать на дистанции. Раскрасневшийся Рыжий Ридо, с «фонарем» под глазом, клялся всеми медузами Моря Теней и самыми кровожадными акулами Залива Кошмаров, что этой же ночью подпилит сопернику мачту на яхте, если приз достанется не экипажу «Неприкаянного».

К середине гонки пиратские парусники, оказавшиеся с самого начала соревнований в десятке лидеров, почему-то стали себя вести странным образом. Они рыскали носом из стороны в сторону или при смене галса выкидывали умопомрачительные фортеля, чем приводили многочисленных зрителей соревнований в дикий восторг и недоумение… Оказалось: винные пары на жаре ударили пиратам в их буйные головы. Некоторые члены экипажей отключились еще будучи на старте, как только подняли паруса, и теперь мирно похрапывали, другие же лихо горланили пиратские песни, с трудом управляясь с парусами и румпелем.

В роскошной просторной ложе Трайдора среди многочисленной свиты крутились тайные агенты из охранки Рабиозо – Восто и Флари со своими подшефными. Их меньше всего интересовала и волновала парусная регата, они были поглощены более важным для них занятием, тотальной слежкой за зрителями.