Нельзя быть такими – 2

С большим трудом он избавился от этого наваждения и запретил себе даже вспоминать об этом, но когда сильно углублялся в размышления, то иногда программа сбивалась и образ погибающей Латои болезненно бередил его сознание. «Твари»: Шнур мгновенно взъярился и красивый стеклянный фужер, в который была налита прохладная вода, рассыпался в его руке на мелкие кусочки. Из неглубокого пореза капнула пару раз кровь и затерялась в мелкой траве, которая ровным слоем покрывала всю лужайку.

– Не думай о них хуже, чем они есть на самом деле – тихонько произнесла Помелла и села на колени к Виту.

Шнур ещё боролся между чувствами радости и смущения, как Пола отодвинула маску и страстно поцеловала в губы. Потом вернула маскировку на место и немного обиженно произнесла:

– Хоть бы весточку подал, а то я уже начала реально опасаться, что больше не увижу тебя никогда.

– Ещё не пришло время для игры в открытую, поэтому прошу тебя сделать вид, что ты обозналась – торопливо прошептал Вит и тщательно поправил маску на своём лице.

Хлоп, хлоп – удивлённо моргнули глаза Помеллы, потом девочка густо покраснела щёчками и почти правдиво рассыпалась в извинениях. Большинство из присутствующих при этой сцене дам, ей конечно не поверили, но сделали правильный вывод и не стали повторять ошибку Помеллы. Чтобы отвлечь общее внимание от дочери, Адайн попросила гостью спеть песню. Зея вежливо отказалась, но многозначительно намекнула, что возможно после бани, да под ласковый свет луны, она выполнит просьбу хозяйки.

Дамы радостно загомонили в ответ и дружно приложились к вину, именно в этот момент, Зея озвучила свой ультиматум:

– Меня сопровождает юноша, причём, он имеет очень тонкую, можно даже сказать хрупкую психику. Поэтому попрошу вас, его не смущать и не ставить в неловкое положение, иначе мы сразу покинем ваше гостеприимное общество. В общем, смотреть на него можно, но руками не трогать. Он, мой.

Зея говорила с улыбкой на красивом лице, но жгуче карие глаза смотрели строго и требовательно.

Над лужайкой повисла неловкая тишина, которая могла легко перерасти в обоюдную неприязнь. Дамочки здесь присутствовали круто родовитые, как на подбор и они терпеть не могли, когда их ограничивают в желаниях, тем более неизвестно кто. Будь ты хоть трижды певицей, пусть даже дважды заморской, но как только встанешь на пути их хотелок, то сразу переходишь в разряд непримиримых врагов, со всеми вытекающими из этого последствиями.