Требуют наши сердца! – 2

Все молча кивнули головами, в том числе и барон Симон. Он хоть и ненавидел своего брата с самого детства, но принимать участие в его убийстве не собирался. Правда и мешать этому не будет, пусть Сарк сам отвечает за свои дела. Его размышления, прервал возмущённый голос:

– Эй, вы что тут устроили? Немедленно освободите проезд, сзади вас очередь образовалась на пол лиги.

Милиса сразу узнала недовольного аристократа, хотя не видела его пять циклов:

– На меня было совершено нападение, прямо средь бела дня.

Пришлось покарать бунтовщиков, а их предводителя взять в плен.

Великий герцог Ориш Эртьени не узнав Милису, осмотрел место происшествия и стал резко бледнеть. Он уже хотел объявить свой титул, чтобы получить соответствующее ему внимание и уважение, как заметил адепта Крона. Он лежал посреди пыльного тракта с окровавленным лицом, не подавая признаков жизни. Раскрыв несколько раз свой рот, в тщетной попытке произнести хоть слово, Ориш прокашлялся и всё-таки выдавил из себя:

– Неужели эти преступники, осмелились поднять руку на адепта Крона?

– Он сам и есть главарь бунтовщиков – говорила на ходу Элза – привет старшой.

Она обняла брата и поцеловала в щёку, а он продолжал крутить выпученными глазами. Его стройная и цельная конструкция мира, раскололась на несколько, живущих своей отдельной жизнью кусков и ни как не хотела восстанавливаться. Но всё-таки сестру он узнал и не отвечая на приветствие спросил:

– Элза, ты наконец-то сбежала от этой сумасбродки?

– Какой-то ты у меня через чур впечатлительный.

Да не смотри ты на этого поддонка, а лучше обними сестрёнку – Элза погладила брата по голове, но он отпрыгнул в сторону и с паническими нотками в голосе заверещал:

– Да ты хоть понимаешь, что вы наделали? И кто этот смертник, осмелившийся ударить адепта первой сотни?

– Плевать мне, какой он сотни – сказала проходившая мимо девушка – а если бы меня не попросили, то твой адепт, лежал бы сейчас без головы. Она ему явно мешает здраво мыслить и спокойно жить.

Ориш закрыл глаза и сосчитал до десяти, а когда вновь посмотрел на белый свет, то к его великому сожалению, ничего вокруг не изменилось. На него смотрели печальные глаза сестры:

– Это моя подруга, баронесса Оля Двуречная. А ты давай успокаивайся, а то я переживать за твой рассудок начинаю.

Ориш шарахнулся от протянутых к нему рук сестры и истерически закричал:

– Не прикасайся ко мне, вы тут все сумасшедшие.