Зомбосвят

Так он и жил, постепенно дичая и все чаще ведя с самим собой долгие разговоры на разные темы, пока однажды с ним не приключилась крупная неприятность. В ходе очередной вылазки ему улыбнулась удача – он добыл целую сумку мясных консервов. Предвкушая грядущий пир, он съехал с трассы, и разбил лагерь на краю небольшой рощицы. Место было вполне безопасное – здесь не стоило ожидать появления ни мертвецов, ни живых гостей. Павел развел костерок, разогрел сразу три банки, и хорошенько отужинал, заедая тушенку сухариками и запивая пивом.

Он так и не понял, какой именно продукт таил в себе неприятный сюрприз. Едва ли это могли быть сухари, да и пиво тоже не больно-то подходило на роль виновника. Судя по всему, подвела его тушенка. Вкус у нее был обычный, ничем таким от нее не пахло, однако, сытно отужинав и отойдя ко сну, Павел пробудился среди ночи от резкой боли в животе. До утра он восемь раз прогулялся до кустов, чувствуя себя все гаже и гаже с каждой минутой. Он надеялся, что испорченная пища вскоре выйдет из него естественным путем, и дело пойдет на лад, но просчитался.

К утру ситуация только ухудшилась. Он почувствовал себя реально больным, и настолько ослаб, что во время очередного кишечного спазма не смог не только доползти до кустов, но даже снять с себя штаны. Павел с ужасом осознал, чем все это рискует закончиться, и невольно заплакал. Ему казалось, что он приспособился к новой жизни, и научился успешно обходиться без всех благ цивилизации, но, как выяснилось, это была иллюзия.

Одно благо, а конкретно квалифицированная медицинская помощь, ему бы сейчас очень пригодилось. Потому что постигшая его напасть не была обычной диареей. Походило на то, что он серьезно отравился, и если срочно не принять эффективные меры, все может закончиться самым печальным образом. Но в том-то и дело, что никаких мер Павел принять не мог. Он даже не мог снять с себя штаны, и гадил прямо в них.

Он корчился на земле, содрогаясь от резкой боли, которая накатывала волнами и скручивала все кишки в тугой узел.

Несмотря на то, что его нынешняя жизнь была довольно бессмысленной, Павлу решительно расхотелось с ней расставаться. Он не желал умирать. Но ничего не мог поделать. Ему оставалось надеяться лишь на то, что его молодой и сильный организм сумеет справиться с недугом.

Ближе к вечеру ему стало совсем худо, и Павел понял, что все идет к неизбежному финалу. Ни молодость, ни сила ему не помогли. Он умирал.