За гранью реальности. Объятия смерти

Все-таки нужно уважать людей и не забывать о нормах поведения, принятых в стране и в данном доме, в частности.

Поблагодарив бдительную соседку, Денис быстро поднялся вверх на один этаж и позвонил в знакомую дверь. Ответа он не дождался. Впрочем, это было ожидаемо.

– Я совершенно ничего не понимаю! – заявил мужчина, усаживаясь в свой автомобиль и запуская двигатель. – Чтобы Влад так себя вел? Пьянка с девками?.. Всю ночь до утра?..

– Соседка наверняка приукрасила, – пожала плечами Маша.

– Допустим.

Но куда он укатил с утра пораньше? Да еще и с похмелья, получается? Это уже вовсе ни в какие рамки!..

– Может случилось чего? А может на него эти бандиты напали?

– Не знаю, сеструха, не знаю, – пробормотал Денис, выезжая со двора.

Навстречу им, на приличной для дворовой территории скорости, попался x5 BMW черного цвета. Он чуть притормозил и, забравшись колесами на газон, свернул в соседний двор.

– Вот урод, – прокомментировал манеру вождения водителя BMW Денис.

Смутная тревога вдруг кольнула мужчину.

Он притормозил и проследил взглядом за немецким автомобилем. Но тот, не останавливаясь проехал дальше, в соседний двор.

– Что? – насторожилась девушка.

– Показалось, – ответил Денис.

Он не стал рассказывать Маше о своих тревогах и о том, что машина очень похожа на ту, в которой однажды темным вечером к нему пожаловали суровые и немногословные бойцы невидимого бандитского фронта. Возможно это были они, а возможно и нет. Главное, что проехали мимо и не остановились у заветного подъезда.

Тем не менее расслабляться не стоило. Влада нужно было срочно найти. Хотя бы для того, чтобы поскорее предупредить о внезапно возникших проблемах.

9.

Птицы. Веселый беззаботный щебет и неистовые трели где-то рядом, по всей видимости за окном. Вот что услышал Влад, когда он, наконец, очнулся.

Парень сел, щурясь от яркого солнечного света, осмотрелся. Маленькая комнатка с голыми деревянными стенами, светлая и полупустая. Из всей мебели – стул, большой, плетеный из ивовых прутьев ларь на полу и деревянная кровать, на которой он и сидел сейчас растерянный и плохо соображающий.

Память вернулась быстро и первые всполохи тревоги немного отступили. Он у друзей. По крайней мере они так себя позиционировали. Да и не похожа Берегиня на врага.

Другое дело та величественная женщина в белом, с пепельными волосами и прожигающим насквозь взглядом. Та, которую Берегиня почтительно называла матушкой.