Боевое безумие

Знал бы, что будет так весело, взял бы с собой дополнительные батареи. И судя по тому, как стреляли мои соседи по периметру, я тут был не один такой умный. Не только мне пришла мысль переждать загрузку базы в спокойном месте. Особенно мне понравилось, как действовал, видимо, очень опытный пулемётчик. Он занял место стационарного пулемётчика и сейчас просто выкашивал точными очередями толпы Орков. Его скорострельное оружие было подключено напрямую к энергосети крепости, поэтому не требовало перезарядки.

Он делал перерывы только для того, чтобы не перегреть орудие.

К концу моей последней обоймы у меня было набито сто фрагов, ноль зарядов и враг у самых стен. Враг был настолько близко, что, закинув винтовку себе за спину, я вытащил пистолет и открыл прицельную стрельбу. Бестолковые Орки падали один за другим от моего огня, даже до конца не понимая, кто их убивает. Двадцать выстрелов, двадцать трупов. На близкой дистанции пистолет оказался даже эффективнее винтовки.

Только после того, как опустошил второй магазин, Орки, наконец-то, обнаружили мою позицию и открыли ответный огонь.

Попасть не попали, но стрелять теперь было просто невозможно. Пришлось срочно менять позицию. Огонь над моей головой был настолько плотным, что пришлось передвигаться ползком.

Опытный стрелок пулемётчик тоже замолк, видимо, и его достали. Прошел только первый час обороны, а враг уже был у нас под стенами.

Осторожно высунул голову, чтобы оценить сложившуюся обстановку.

На помощь к молодым Оркам уже подошли тяжелые пехотинцы, и теперь они совместно утюжили все бойницы крепости, не давая защитникам высовываться. Пока смотрел, получил в шлем по касательной, в голове сразу загудело. Запомнив примерные скопления врагов, отметил эти места и выпустил все свои пять управляемых гранат. Рвануло знатно. Воспользовавшись моментом высунулся и полностью опустошил последнюю батарею своего пистолета.

«Теперь вообще без оружия остался», – горько подумал я.

Нужны были еще заряды, поэтому я пополз к позиции суперстрелка. Нашел его довольно скоро. Как я и думал, он был уже мертв. Осторожно, стараясь не высовываться, потянул его за руку в свою сторону. Его тело упало прямо на меня, осторожно переложил его в угол и стал обыскивать. После стольких воскрешений моё отношение к мертвецам сильно изменилось. Скорее всего, погибший боец уже одевается в точно такую же амуницию, что и сейчас на его мертвом теле.