Как заработать и потратить миллиард?

Вымогательство доказать не смогли, но вред здоровью был на лицо, вернее, на лице румяного отпрыска. Степу, конечно, не посадили, но первый условный срок у него появился. В 16 лет, ровно на следующий день, после того, как закончился первый условный срок, они, выпивая с друзьями, залезли в магазин, чтобы взять еще пива и сигарет, потому что денег не было, а выпить хотелось. Их поймали на месте преступления, но Степино несовершеннолетие и стечение обстоятельств снова обернулись для него условным сроком, на этот раз в 4 года с отсрочкой в один год.

Следователь так и сказал Степе: если бы ты залез в магазин вчера, то получил бы года три, минимум, плюс те два года прошлого срока и поехал бы на пятерик в колонию, а так, может, опять условкой отделаешься. И Степа отделался. Еще через два года, пьяный Степа с другом взяли покататься «шестерку» соседа, но спросить у него разрешения забыли. Сосед, не найдя машину под окном, позвонил в милицию. Степу с другом арестовали у соседнего дома – они пили пиво прямо в машине, ссылаясь на то, что на улице холодно, а отъехали, потому что хотели забрать девчонок из соседнего дома. Это была страшная глупость, но не преступление. Сосед, разумеется, претензий не имел и ходатайствовал о закрытии уголовного дела, но ход ему все же дали, ибо рапорт об аресте просто так не выкинешь. Одному Богу известно, чем было продиктовано такое решение судьи, но Степа получил свой третий условный срок, 5 лет с отсрочкой на шесть, хотя по всему выходило, что на этот раз его должны были посадить по-настоящему. Степа зарекся выпивать, засел за учебу, поступил в мед. академию на бюджетное место и начал ходить в церковь. Он стал другим человеком. «Слава те, Господи, Степка, кажись, образумился!» – говорили бабушки на лавочке. Он хорошо учился, часто бывал в библиотеке и готовился связать жизнь с медициной. И вот, спустя 4 года, когда Степе было 22 у него в подъезде произошел неприятный казус с Каныгой, жившем на третьем этаже. Это был опустившийся дедок неопределенного возраста, пропитый, но удивительно жилистый. Его все звали Каныга, и Степа не знал – фамилия это или прозвище. Каныга несколько раз в день смолил Беломор на площадке, за что был ненавидим всеми соседями. В тот вечер Каныга, по обыкновению, сидел на корточках, дымил вонючей папироской и смачно плевал на пол прямо перед собой. Степа сделал ему замечание и был отправлен в пешую эротическую прогулку. Недолго думая, он спустил Каныгу с лестницы и пнул его под зад на прощанье.