Кто в тереме живёт, или Хроники мелкого рантье

– Салли! – бойко представилась она, ткнув кольтом в сочную грудь. – Мейк лав?!

Дудоладов распахнул объятия и зажмурился, не веря собственному счастью. Салли рассмеялась и побежала в глянцевую даль, призывно звеня шпорами. "Завлекает…" – смекнул сержант и бросился было вдогонку, но глянув кругом, просто обомлел: повсюду была жратва, просто горы жратвы! Бодро высились банановые и ананасовые пирамиды, благоухали рулеты и паштеты, по дну сахарных каньонов текли сливочные ручейки и впадали в кофейные реки.

Приятно холодило сапоги земляничное мороженое. Салли плескалась в хрустальной ванне с малиновым ликёром и что-то призывно кричала сержанту, посылая ему воздушные поцелуи.

– Джаст э момент… – бормотал Дудоладов, вскрывая остро отточенной пряжкой бесчисленные банки с яркими этикетками и дегустируя всё подряд. Нетерпеливая девица болтала в ванне ногами и поднимала снопы рубиновых брызг.

– Ликёр – ноу! – заявил на это Дудоладов, – Водка онли!

– Смирнофф? – поинтересовалась соблазнительница.

– Дудоладофф! – гордо ответил десантник.

– Водка! – ткнула пальчиком Салли в сторону океана и, со смехом выскочив из ванной, рыбкой нырнула в прибой. Сержант недоверчиво зачерпнул беретом пенящейся влаги, отхлебнул и едва не заплакал от счастья – в берег действительно билась "Русская Особая"! Внезапно Салли издала душераздирающий вопль и сквозь слёзы умиления десантник разглядел гигантский акулий плавник, разрезающий волны.

– Я здесь, детка! – грозно прохрипел он и что было силы оттолкнулся от берега, целя кованой подошвой в острый акулий нос.

Внезапно волны, акула и девушка превратились в яркую картинку на бумаге. Дудоладов прорвал её и закувыркался в пустоте, разрубая воздух мощными каратистскими ударами, но вдруг опять влетел башкой во что-то твёрдое и отключился…

Дразнящий запах больших денег достиг широких ноздрей сержанта. Он открыл глаза и обнаружил себя лежащим на крыше настоящего нью-йоркского небоскрёба! Над ним разверзлось ночное небо, залитое неоновым светом, а прямо перед носом болталась стодолларовая купюра на ниточке.

За ниточку дёргала полногрудая блондинка в сногсшибательном серебристом бикини и сексуально хихикала.

– Олимпия! – представилась она, шлёпнув себя по мясистой ляжке. – Мейк лав?!

– Вот ты какая, – задрожал от прилива чувств Дудоладов, – девушка моей мечты!

Внезапно повалил густой чёрный дым и раздались надрывные звуки полицейских сирен.