Плевать мне на игру. Топ три

Хе-хе-хе. Это обойдётся вам в пятнадцать тысяч. Если выиграете, заберёте мечи и тридцать пять тысяч.

– Да брось, – начал торги пастух. – Ты ведь сам говорил, что если он победит, это станет новым чудом. Уверен, посетители будут довольны таким зрелищем и хорошо тебе заплатят. Два меча и пятьдесят тысяч.

– Это если он выиграет, – скептически проронил учредитель, – а если проиграет, они заскучают, и по плешивой голове меня за это не погладят. Давайте так, выиграете – пятьдесят тысяч ваши, а если проиграете, заплатите за мечи столько, сколько стоят новые.

Пастухи переглянулись, пошептались между собой и пожали учредителю руку. Тот от радости хлопнул в ладони и снова мерзко засмеялся. Схватил Эльдмана за колодки и потащил его в сторону арены. У широких ворот Младшего встретил одетый в тёмно-фиолетовую мантию чернокнижник. Эльдман понял это по ритуальному ножу за поясом и большой книге в кожаном переплёте на цепях. Его главная цель оказалась у него прямо перед носом, только рукой протяни, смущал лишь двадцать пятый уровень чернокнижника и двадцать седьмой учредителя.

Тёмный маг освободил Младшего от оков, временным заклинанием повысил его здоровье на двести пятьдесят очков, чтобы бой не закончился на первых секундах, выдал ему мечи и вытолкнул за ворота.

«Вот выродок, – обернулся на учредителя Эльдман, но ворота тут же захлопнулись. – Один меч одиннадцатого уровня с запасом прочности на один удар по броне, а второй и вовсе девятого».

Взору Эльдмана Младшего предстала арена, которая оправданно называлась мясорубкой. Стены широкой арены и низкие колонны были покрыты острыми шипами. С высокого потолка свисали крюки с насаженными на них телами предыдущих участников. Пол был устлан костями, кусками плоти и рваным металлом. Благо Эльдман не дышал и не мог учуять того смрада, что исходил от арены. Запрокинув голову, Младший увидел балкон, на котором высокопоставленные осквернители предавались плотским утехам с живыми женщинами и при этом пожирали их заживо.

Ни одна из жертв не пыталась сбежать и даже не кричала, все они были во власти сильного дурмана. Эльдман невольно вспомнил, как отец водил его на подобное мероприятие, так сказать, приучал к развлечениям высших слоёв общества. Богачи любили устраивать оргии, купаться в вине и шампанском, употреблять наркотики и издеваться над живыми людьми.