Плевать мне на игру

Мальчишка пораскинул мозгами и ответил: «Три с половиной». Ах-ха-ха, – залился хриплым смехом Торгос. – У купцов жадность в крови, их даже учить ничему не нужно.

Жрец покраснел от злости. Направился к выходу и остановился в двух шагах от него.

– Смеяться надо мной вздумал? Деревенские байки травить?! А как тебе такой вариант? «Искра надежды», – произнёс жрец и пальцами ото лба послал к Торгосу искру белого света.

Покрытый стальной пластиной ботинок стражника ударил Торгоса в живот, от чего его здоровье резко скакнуло до 1 единицы, а по комнате разошёлся громкий хруст костей.

Посланная жрецом иска тут же восстановила Торгосу здоровье, что позволило стражнику нанести второй удар. На этот раз он ударил по лицу, да с такой силой, что по полу поскакали желтые зубы. Каждый раз, как стражник наносил заключённому удар, искра жреца тут же восполняла ему здоровье. В итоге на теле Торгоса возникли новые шрамы, а пол под его коленями окрасился в бордовый цвет.

– Довольно, – жрец ударил посохом о каменный пол.

 – Скажи, где ключ, и твои мучения прекратятся. Быстрая смерть куда лучше вечных мук и заточения. Я ведь буду приходить к тебе каждый день.

– Ха. Да приходи на здоровье, – сплюнул кровь на ботинки священнослужителя Торгос. – Я тебе всегда рад. А насчёт вечного заточения ты преувеличиваешь. Я здесь как в дорогущем трактире. Всё внимание трактирщика и его половых приковано ко мне. Все они из кожи вон лезут, чтобы сделать мою жизнь комфортнее, в надежде, что великий Торгос позолотит им руку.

– Не такой уж ты и великий, раз оказался здесь.

– Верно молвишь. Оступился чутка. Недооценил силы героев, готовых отправиться в поднебесье. Но будем честны. Они смогли одолеть меня лишь потому, что со мной не было моей свиты.

– Утешай себя сколько хочешь. Я слышал, герои втоптали тебя обратно в грязь, из которой ты выполз. Больше ты не Король воров, а лишь жалкий заключённый первого уровня. А если ты думаешь, что мы печёмся о твоём благополучии и боимся, что ты умрёшь, позволь тебя убедить в обратном.

Жрец направил в сторону Торгоса ладонь и произнёс:

– «Иссушение разума», «Светлая кара».

Первое заклинание заставило лицо Торгоса побледнеть и сделало его разум уязвимым, а второе столбом света отняло у него девяносто пять процентов здоровья. Кожа Торгоса покраснела и тут же оплавилась, как от беспощадного солнца в пустыне. Он закричал от боли, которая разрывала его тело со всех сторон.