Герой

Будет вам шоковая терапия!

* * *

Дивное, оказывается, ощущение – знать, что старался не зря. Двое суток потребовалось учёному совету, чтобы «переварить» переданные документы. Всего двое суток, понимаете? Наверное, ещё нет. Сто с лишним страниц вместе с примечаниями и дополнениями. Их нужно было хотя бы для начала прочесть тем четверым представителям, что были на моей презентации – всё-таки в пятнадцатиминутную речь втиснуть получается не так уж много информации. Прочесть и проникнуться прочитанным. Проникнуться настолько, чтобы немедленно, в обход протокола, настойчиво всучить остальным членам комиссии заботливо приготовленные копии.

И те тоже должны были найти время прочесть и проникнуться – Повелители Жизни редко проводят время за плеванием в потолок, обычно – строго наоборот, день по часам расписан. Только после этого комиссия могла оперативно инициировать сбор внеочередной сессии совета. И всё это – всего лишь за два полных дня!

Потому то, что я уже третий час торчу перед закрытыми дверями, по сравнению с уже достигнутым – такие мелочи, что и обращать внимание не стоит.

В конце концов, в комнате для ожидающих повелители Жизни отгрохали целый бар с алкогольными и не очень напитками и не забыли про бармена, официанток и удобнейшие кресла. И сегодня вся эта комната была лишь для меня одного.

Нет, я не волновался. Всё, что от меня зависело, уже сделал: собрал информацию, представил в требуемой форме и обеспечил её продвижение «наверх». Будут вопросы – это да.

Может быть, меня попробуют поймать на лжи или передёргивании информации – не очень понятно, зачем мне так поступать, но пусть попробуют. Ведь я ничего не исказил и никого не обманываю. Преимущество правды в том, что она сама себя защищает. Как бы пафосно это ни звучало – так оно и есть.

– Уважаемый магистр Арн Миракийский, совет просит вас занять трибуну для приглашённых, – чопорно склонил голову раб-секретарь, распахнув двери, ведущие в зал совещаний. Ну что ж, посмотрим, что тут у вас к чему.

Первое впечатление – я оказался в очередной лекционной аудитории Нессарийского университета, просто очень большой. Ряды мест поднимались под высокий потолок ступенями – как в кинотеатре или обычном земном театре, только к каждому креслу полагался ещё и стол. Да-да, состоящие в совете виталисты всё-таки посчитали, что их задницы ценнее обычных студенческих и не забыли про мягкие сидушки. Впрочем, даже таких комфортных мест половина пустовала.