Не лидер

Стена, как же!

С расстояния кажущаяся приземистой, в сторону Токио смотрела четырьмя титаническими стволами орудийная башня высотой этажей в пять, а другими размерами напоминая скорее торговый центр! Чтобы понять пропорции: иные корабли в гавани были меньше… Нет, не башни – одного ствола! В том числе и в ширину!!! А вдалеке угадывался силуэт ещё одной такой же адской конструкции.

И как гиды в Национальном музее рассказывают о независимой политике Японии, если в тридцати километрах от них расположено такое?! Или… вопрос надо задать иначе? Что я ещё не знаю о стране, где живу, если янки не пожалели денег, чтобы превратить свою военную базу в сколь безумный, столь и дорогой укрепрайон?! Ведь просто так столько денег и сил не тратят, нужен веский, очень-очень веский довод.

11

– Йоширо-кун, у Сукагавы-сама магнитофон плохо работает, не посмотришь?

Что и следовало ожидать, после того как наставник в нинкё-додзё оказался в курсе истории с «победой» в боях без правил.

– Почту за честь, Ичиро-сенсей! – уважительно поклонился я. Ответ «нет» в принципе не подразумевался: звали меня не к кому-нибудь, а к самому основателю стиля «Разящего кулака», боевому искусству, которое я вот уже полных три месяца ни шатко ни валко изучал. – Позволите сходить домой за инструментами?

– Конечно, иди.

– Прошу прощения, что отвлёк от ваших важных дел! Ученик из моей группы, разбирается в электронике, мастер! Дозвольте ему осмотреть аппаратуру в главном зале! – произнося это, наставник непрерывно и глубоко кланялся.

Мне же пришлось стоять рядом и чуть позади, просто не разгибаясь: так показывал знание рейги, особой разновидности этикета, принятого в школах японских единоборств. Да-да, жители страны Восходящего Солнца и тут не смогли обойтись без специальных ритуалов.

На самом деле нихрена, если по-честному, этот самый рейги я не знал: кое-кто напрочь забил на эту сторону традиционного обучения. Но на краткий и несколько путаный инструктаж Ичиро всё же хватило.

Основатель Пути Разящего Кулака, глава додзё, мастер боевых искусств выглядел со стороны совершенно среднестатистическим пожилым японцем. Никаких бугрящихся мышц, распирающих кимоно, встретил бы на улице в обычной одежде – принял бы за поседевшего на службе бухгалтера.